16:35 

"беспринципные патриоты"

АиФ
Молчи так, чтобы было слышно, о чем ты умалчиваешь /Доминик Опольский/
Для чтения он-лайн. Ссылка для скачивания файла (pdf).

Жан-Клод Брисвиль
УЖИН

Перевод с французского Ирины Кузнецовой


Приведено по: Иностранная литература. 1993, № 5. С.13-38.

Материал подготовили: Eleonore, Л., Анна, Э.Пашковский, В.Веденеев, М.Воронин, Игорь/ 2004.

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:
Фуше, герцог Отрантский
Талейран, князь Беневентский
Жан, Жак - слуги Талейрана



Шестое июля 1815 года. Дворец Талейрана в Париже, на улице Сен-Флорантен. Близится полночь.

@темы: скачать бесплатно, революции, персона, новые публикации, массы-классы-партии, литературная республика, история идей, история дипломатии, дискуссии, Франция, Европа, Великая французская революция, Бонапарт, homo ludens, 19 век, 18 век

Комментарии
2016-10-31 в 17:02 

АиФ
Молчи так, чтобы было слышно, о чем ты умалчиваешь /Доминик Опольский/
Тихий стук в дверь.

Войдите.
Дверь приотворяется, в гостиную проскальзывает ЖАК. Он говорит что-то на ухо Талейрану, тот шепотом отвечает ему. Все трое обмениваются взглядами. Жак выходит.

Герцогиня Дино требует меня к себе перед сном.
ФУШЕ. А, ваша племянница****. Ничего, подождет.
ТАЛЕЙРАН. Она не привыкла ждать, но уж сегодня, ради вас... (Пауза. Тихо.) Ее глаза - единственный свет в ночи.
Пауза.

Что же она такое видит во мне, чего я сам не вижу?
ФУШЕ. Что-что?
Пауза.

ТАЛЕЙРАН. Который теперь час?
ФУШЕ (достает из кармана часы). Час ночи.
ТАЛЕЙРАН. А народ... все еще здесь?
Фуше выглядывает в окно.

ФУШЕ. Огромная толпа!
ТАЛЕЙРАН. Ну и как атмосфера?
ФУШЕ. Тяжелая.
ТАЛЕЙРАН. Но грозы не будет. Если бы она разразилась, все бы разошлись по домам. Дождь - большая контрреволюционная сила.*****
ФУШЕ. Молнии сверкают, но дождя нет. (Отходит от окна, возвращается к Талейрану, утирая лоб.) Вам не кажется, что тут нечем дышать?
ТАЛЕЙРАН. Нет. Мне даже сегодня холодно. Вы знаете - вы, который знает все на свете, - что на мне сейчас три фланелевые фуфайки, две пары подштанников, сорочка, штаны и жилет? А на ночь я надеваю четырнадцать ватных ночных колпаков один на другой?
ФУШЕ. Четырнадцать? Мне говорили восемнадцать...
ТАЛЕЙРАН. Люди любят преувеличивать. Нет, только четырнадцать. Я вечно мерзну. Ну, и если я случайно упаду с кровати, чтобы смягчить удар...
ФУШЕ. Да...
ТАЛЕЙРАН (небрежно) Одевание, раздевание... На это уходит часа три, а то и четыре. Потом обеды, ужины - то дома, то в гостях, вист, дамы... Наконец, политика и ее сюрпризы...
Пауза.

Все считают меня занятым человеком, а я бездельничаю.
ФУШЕ. Вы мне как-то приснились.
ТАЛЕЙРАН. Страшный сон, должно быть.
ФУШЕ. Лакей раздевал вас на ночь. И когда вас распаковали... Угадайте, что там оказалось?
ТАЛЕЙРАН. Пустое место.
ФУШЕ. Как вы догадались?
ТАЛЕЙРАН. Да потому что так и есть. Вы настоящий профессионал, ФУШЕ. Даже парадный мундир с позументами не может скрыть пустоту.
Пауза.

Да, кстати, чуть не забыл... Если вы соберетесь ехать со мной к королю, вам придется принять присягу.
ФУШЕ. Это будет восьмая по счету.
ТАЛЕЙРАН. У вас восьмая, а у меня двенадцатая.
ФУШЕ. Что поделаешь, человек - хозяин своего слова, иногда приходится брать его назад.
ТАЛЕЙРАН. Вы будете смеяться, господин Фуше, но в этот раз я присягал с чистой совестью. В молодости я гордился Францией. Мне казалось, что в ней все идеально устроено. Что в ней говорят на самом прекрасном в мире языке и с легкостью создают шедевры. К несчастью, такая Франция ничего не говорила императору. Ему нравилась только Франция, вышедшая из берегов. Если так можно выразиться, в разливе. Мне претит отсутствие чувства меры. И эта взбесившаяся страна, готовая захапать всю Европу, была мне не по душе. Наполеон своим буйством убил сладость жизни. Бурбоны везут в своем обозе старые привилегии, но они уже не смогут вернуть привилегиям былой прелести.
ФУШЕ. Выходит, вы предавали из высших соображений?
ТАЛЕЙРАН. Я никогда не изменял государю, пока он не изменял сам себе. Я был неверен властям, но всегда верен Франции.
Пауза.

И потом, скажу вам честно, на все, что обо мне болтают, мне плевать.
Пауза.

ФУШЕ. Завидую вашему происхождению. Моим изменам не хватает корней в отечественной истории. Им, в каком-то смысле, недостает родословной.
ТАЛЕЙРАН. Пожалуй, первый Талейран, который предал своего короля, жил во времена Гуго Капета******. В нашей семье его память священна.
ФУШЕ. Какие предки! Предатели, разбойники, убийцы... У вас есть оправдание.
ТАЛЕЙРАН. А вы, герцог Отрантский, какие можете предъявить аргументы высшему суду?
ФУШЕ. Страсть, ваша честь. Чем не смягчающее обстоятельство? Оно взывает к снисхождению. Меня пожирает страсть. Я ее раб на всю жизнь.
ТАЛЕЙРАН. Как ее зовут, Фуше?
ФУШЕ. Полиция, князь. Сыск, дознание. Разгадать человека, разоблачить, вскрыть.
ТАЛЕЙРАН. Украсть письмо для начала...
ФУШЕ (с упоением). Купить женщину, которую он любит, выведать у его детей то, за что он заплатит честью, а может быть, и головой... Ах, сударь, какое наслаждение ткнуть человека носом в его позорные секреты! Надо видеть его лицо в этот момент - перекошенное, неузнаваемое... Свеча, которая на глазах оплывает.
ТАЛЕЙРАН. И озаряет вашу жизнь!
ФУШЕ. Они-то кажутся себе неуязвимыми в своих мундирах и орденах, но стоит только колупнуть позолоту... Если бы вы знали! Весь гной прорывается наружу. Они усыхают на глазах.
ТАЛЕЙРАН. Завидую королю, у которого вы будете министром. За месяц он узнает о человечестве больше, чем за всю предыдущую жизнь. Давайте выпьем. Вы что-то не жалуете мой коньяк. (Наполняет рюмки. Фуше залпом выпивает. Талейран качает головой и вздыхает.) С вашего позволения, коньяк пьют не так. Взгляните, пожалуйста. (Берет рюмку и начинает показывать.) Вы берете рюмку, греете в ладони, слегка вращаете, чтобы влага источала аромат. Потом подносите к губам, вдыхаете...
ФУШЕ. А дальше?
ТАЛЕЙРАН. А дальше ставите на стол и обсуждаете.
Фуше застывает, окаменев от унижения, потом встает и швыряет свою рюмку об стену. Рюмка разбивается.

ФУШЕ. От ваших церемоний несет мертвечиной. Я из другого века. Кончились ваши реверансы, пришли новые времена. Хозяйничать станут мелкие сошки, бюрократы, фискалы. Закон будет двусмысленным, никто не будет знать толком, преступник он или нет, и все будут бояться. Вот какая должна быть власть: вездесущая, многоликая. Неприметная и всемогущая. Она будет сидеть в мозгу у каждого. (Резко поворачивается к Талейрану и указывает на него пальцем.) Вот тогда, сударь, и будет порядок.
Шум толпы и отсвет пожара в стеклах, как будто под окном что-то горит. Сквозь разбитое окно в гостиную вползает дым.

ТАЛЕЙРАН (спокойно). Они собираются идти на приступ?
Фуше выглядывает в окно.

ФУШЕ. Не думаю. Несколько психов жгут солому. (Кашляет.) Они сами себя заводят.
Пауза.

ТАЛЕЙРАН. Расходиться не собираются?
ФУШЕ. Их все больше и больше. (Возвращается к столу, садится.)
ТАЛЕЙРАН. Нервничаете, Фуше?
ФУШЕ. Люблю порядок, как вам известно.
ТАЛЕЙРАН (кладет себе еду на тарелку). Нужен толковый человек в полиции. Если мы будем тянуть, господин Фуше, нас просто сметут.
ФУШЕ (возбуждаясь все больше и больше). Вас раньше. С вашей фамилией - без очереди. Да, сударь! Вот увидите, с вас сдерут все ваши тряпки и вышвырнут на улицу в чем мать родила. Будете там стоять нагишом, на железной ноге и смотреть, как в сточной канаве уплывают ваши фуфайки и кальсоны.
Музыка продолжает тихо играть.

ТАЛЕЙРАН (жуя безе). Вас обидели, Фуше?
ФУШЕ. Меня?
ТАЛЕЙРАН. Видимо, да, раз вам нравится пугать. (Обматывает вокруг шеи шарф, как епитрахиль, и наклоняется к Фуше в позе священника, выслушивающего исповедь.) Друг мой... (Касается руки Фуше.) Что вас мучит?
Фуше наливает себе рюмку и залпом опустошает ее.

ФУШЕ (удрученно). О!.. (Снова наливает себе и с застывшим взглядом отпивает несколько глотков.)
ТАЛЕЙРАН (мягко). Не бойтесь...
ФУШЕ (неуверенно). Я рос без надзора. У вас, у Талейранов, о коньяке говорили, вместо того чтобы пить. А у нас пили потому, что говорить было не о чем. Мой отец был моряк, мысли приходили ему в голову после первого стакана. Один раз я причастился, мне было девять лет, а он вышел из кабака.******* Он схватил меня, швырнул в шаланду и стал выгребать в открытое море. Волна была чудовищная, качка ужасная. Меня вывернуло... Все отправилось в море - и завтрак, и причастие.
ТАЛЕЙРАН. Я только-только научился ходить, кормилица усадила меня на комод, и я упал. Вот откуда моя хромота. За четыре года мои драгоценные родители ни разу не поинтересовались, жив ли я.
ФУШЕ. Но они хоть не приставали к вам! Я был хилый, задыхался, мне велели закаляться. Я должен был как заведенный бегать вдоль берега. А когда я уже валился с ног и приходил на ужин... Знаете, чем меня кормили?
Талейран отрицательно качает головой.

Сырыми мидиями. Ракушками.
Пауза.

Родители вас любили?
ТАЛЕЙРАН. Нет.
Пауза.

Не знаю почему. Мы не были знакомы.
ФУШЕ. Счастливчик! Когда им надоело гонять меня по мокрому песку, они всунули меня к монахам-ораторианцам. От тамошней кормежки я затосковал по ракушкам. А какой холод в спальнях! В тазу вода замерзала!
ТАЛЕЙРАН (печально). У вас хоть крыша была над головой! А я в пять лет у кормилицы с утра до ночи болтался на улице в предместье Сен-Марсель, зимой, в лохмотьях. Один из моих дядюшек случайно проходил мимо, он взял меня за руку и привел как есть к моей матери, прямо в салон, где она принимала гостей. “Сестрица, - сказал он, - вот один из потомков князей Шале, юный отрок, чей герб...”
ФУШЕ (машинально подхватывает), “...три золотых оскаленных львиных головы под княжескими коронами. Щит покрыт мантией и увенчан герцогской короной”.
ТАЛЕЙРАН (пораженный). Дьявол!

2016-10-31 в 17:27 

АиФ
Молчи так, чтобы было слышно, о чем ты умалчиваешь /Доминик Опольский/
ФУШЕ. И потом дядюшка сказал вам: “Ваша светлость, поцелуйте эту даму, это госпожа ваша матушка”.
ТАЛЕЙРАН. Я поцеловал. А она меня нет.
Пауза. Оба развалились в креслах, усталые, слегка пьяные. Наверху звучит концерт для арфы.

ФУШЕ. Нас не баловали.
ТАЛЕЙРАН (бормочет). Князь Шале...
ФУШЕ (торжественно). ... граф Гриньоль, маркиз Эксидейль, барон де Марель, де Бовиль и прочая и прочая, князь Талейран-Перигор.
ТАЛЕЙРАН. Все эти звучные титулы не помогли. Родители видели только мою хромоту. На меня надели рясу. Я поклялся, что они пожалеют об этом... Вся троица. Семья, Церковь и Монархия.
ФУШЕ (отвешивает поклон). Эту клятву вы сдержали, ваше преосвященство.
ТАЛЕЙРАН. Дитя, брошенное родной матерью, не способно на верность.
ФУШЕ (весело). Ну, князь, мы, кажется, впадаем в нытье. (Снова наливает себе шампанского.) Давайте зальем мрак шампанским (Пьет.) Как хорошо!
Пауза.

Что вы обо мне скажете?
Талейран удивленно смотрит на него. Фуше встает, вертится перед ним.

Ну, фигура... осанка...
ТАЛЕЙРАН. Красивая внешность дает мужчине выигрыш всего-то в пару недель. Куда вам торопиться?
ФУШЕ (сконфуженно). Да, я урод.
ТАЛЕЙРАН (небрежно). Да нет, голубчик, вы красивы... (Тихо.) Или я начинаю привыкать.
Пауза.

А кому вы хотите понравиться?
ФУШЕ. Жене.
ТАЛЕЙРАН. Мне говорили, что она умерла.
ФУШЕ. Первая. Я собираюсь жениться второй раз.
ТАЛЕЙРАН. Поздравляю.
ФУШЕ. Я овдовел давно.
Пауза.

Вы думаете, я слишком стар?
ТАЛЕЙРАН. С вашими деньгами и положением мужчина не бывает стар.
ФУШЕ (мечтательно). Пожалуй. Она меня любит.
ТАЛЕЙРАН. А вы?
ФУШЕ (воодушевляясь). Я! Боже мой!.. Как только она появляется, я, кажется... Стоит мне ее увидеть, как... Да, я люблю ее.
ТАЛЕЙРАН. Можно узнать ее имя?
ФУШЕ. Мадемуазель де Кастеллан. Ей двадцать шесть лет...
ТАЛЕЙРАН. Кастеллан! Одна из старейших фамилий Прованса. И двадцать шесть лет! Блистательная удача, Фуше!
Фуше, польщенный, выпячивает грудь.

Постойте... А не по вашей ли милости слетела голова ее папаши?
ФУШЕ (смущенно). Его спас переворот.
ТАЛЕЙРАН. Какая жалость! А то бы ей пришлось любить вас в терзаниях. Как Химена любила Сида.
Пауза.

Скажите, герцог Отрантский - я спрашиваю просто из любопытства, - вот вы, самый богатый человек Франции, помолвленный с молодой хорошенькой женщиной, почему бы вам не бросить все и не зажить в своем замке в Эксе? Что вам мешает удалиться от дел?
ФУШЕ. Никаких дел не существует, существует жизнь. Жизнь - это и есть дела, въевшиеся нам в плоть и кровь.
ТАЛЕЙРАН. Хорошо сказано.
ФУШЕ. Сначала человек пускается в политику, чтобы добиться власти, а добившись, не может бросить игру. Во что я еще могу играть в моем возрасте? Я не чувствую себя уставшим. От власти устают только те, кто ее не имеет.
Пауза.

И потом, знать всю подноготную!
ТАЛЕЙРАН. Так давайте играть в паре. Нам придется с вами сосуществовать. Постараемся свыкнуться с этой мыслью. Не будем забывать: или мы оба, или ни тот, ни другой.
ФУШЕ. Значит, мы оба.
ТАЛЕЙРАН. Наконец-то мы сдвинулись с места!
ФУШЕ (довольный). Конечно, вы и я... я и вы.
ТАЛЕЙРАН. Вот увидите, это будет совсем недурно. Вдвоем мы сумеем придать Реставрации обаяние старого режима.
Пауза.

Государственный секретарь по внутренним делам - это вас устроит?
ФУШЕ. Я должен восстановить агентурную сеть.
ТАЛЕЙРАН. Все в ваших руках.
ФУШЕ. Хорошо организованная сеть - это кровеносная система страны. Информация стекается, подозрение переходит в уверенность, подследственный становится преступником. Миг, когда в порядочном человеке проступает жулик... Да я готов жизнь отдать за это мгновение!
Талейран смотрит на него, удивленный последними словами.

ТАЛЕЙРАН. По-вашему, невиновных нет?
ФУШЕ. Да их на самом деле нет! (Вдруг начинает смеяться.) Это напомнило мне один случай. Анекдот. Зимой девяносто четвертого года я стоял на площади Согласия, у самого эшафота. Там в списке был один знакомый, его потащили, он вдруг начал вопить: “Не надо! Я невиновен!..” А Сансон, палач... Помните Сансона? (Смеется.) Швырнул его на перекладину и так спокойно говорит: “Невиновен? Сейчас посмотрим”. И хрясь!
ТАЛЕЙРАН (бесстрастно). М-да...
ФУШЕ. Не смешно?
Пауза.

А что, если я доем мороженое? Положить вам?
Талейран протягивает свою тарелку.

У вас все тот же знаменитый повар?
ТАЛЕЙРАН. Власть меняется, кухня остается.
ФУШЕ. Передайте ему, что я восхищен. Ужин просто чудо.
ТАЛЕЙРАН. Не премину.
Едят.

Скажите, Фуше... А правда, что вашим главным агентом при Бонапарте была...
ФУШЕ (ликуя). Да, Жозефина! Она мне дорого стоила, стерва. Но зато как работала! Через нее я держал в руках всю семейку: четверых братьев, двух сестер, мамашу Летицию, дядюшку кардинала, ну и, конечно, Самого. Ему и в голову не приходило, что все, что он рассказывает в постели, наутро передается мне слово в слово. Он так и не понял. Он с ума сходил от этого!
Пауза.

Давайте лучше поговорим о вас, ваша светлость. Какие у вас планы? Опять возьмете иностранные дела?
ТАЛЕЙРАН. Меня знают в Европе, и для короля это не секрет.
ФУШЕ. Приятно делать историю?
ТАЛЕЙРАН. Пустые хлопоты. Я только прикладываю руку. История слишком ненадежная штука, чтобы за нее держаться.
ФУШЕ. Она сама нас держит за горло.
ТАЛЕЙРАН. Душа просит покаяния, герцог?
ФУШЕ. Оставьте мою душу в покое. Займитесь собственной.
ТАЛЕЙРАН. Непременно. Могу я рассчитывать на вас сегодня вечером?
Пауза.

Вы едете со мной к королю?
ФУШЕ. Если вы ручаетесь...
ТАЛЕЙРАН (с готовностью, перебивая его). Портфель министра полиции? Он ваш. И амнистия вашим соратникам, полная и безусловная.
ФУШЕ. В таком случае я еду.
Пауза.

А теперь я отправлюсь спать. А то, боюсь, не смогу завтра подняться с колен перед отпрыском Людовика Святого.
Талейран берет со стола колокольчик и звонит. Никто не появляется. Он звонит снова. Наконец дверь открывается, и входит Жан, неся канделябр.

ТАЛЕЙРАН. Проводите господина председателя Временного правительства. (Обращаясь к Фуше.) До вечера. В десять я заеду за вами.

2016-10-31 в 17:36 

АиФ
Молчи так, чтобы было слышно, о чем ты умалчиваешь /Доминик Опольский/
Талейран берет со стола колокольчик и звонит. Никто не появляется. Он звонит снова. Наконец дверь открывается, и входит Жан, неся канделябр.

ТАЛЕЙРАН. Проводите господина председателя Временного правительства. (Обращаясь к Фуше.) До вечера. В десять я заеду за вами.
ФУШЕ. Я буду готов. (Кланяется на прощание Талейрану, по-прежнему сидящему за столом, и идет за лакеем к выходу. Проходя мимо портрета герцога Энгиенского, он останавливается и, взяв из рук лакея канделябр, долго всматривается в портрет. Сделав лакею знак удалиться, медленно возвращается к Талейрану.) Для чего вам понадобилось его убрать? Вы же прекрасно знали, что он не имел никакого отношения к заговору... Он был совершенно безобидный.
Пауза.

Что он вам сделал?
ТАЛЕЙРАН. Монархисты поднимали голову. Надо было ударить повыше, дать урок. Мне казалось, что мы с вами мыслим одинаково.
ФУШЕ. Не могу понять, чего вы так старались? Хватало и без вас добровольных палачей. А вы вдруг забыли осторожность, оставили такую улику - письмо, писанное собственной рукой... (Стоит перед столом, за которым по-прежнему невозмутимо сидит Талейран. Фуше вдруг резко опускает канделябр на стол, и свечи оказываются на уровне глаз Талейрана. Тот, ослепленный, непроизвольно заслоняет глаза рукой.) Вы, случайно, не родственники?
ТАЛЕЙРАН (хладнокровно). Как это у вас называется на жандармском наречии? “Потрошить”, кажется? Это вы меня “потрошите”?
ФУШЕ. Повторяю вопрос: герцог Энгиенский вам родственник?
Талейран делает попытку взять свою трость, прислоненную к креслу, но Фуше легким движением ноги отшвыривает ее в сторону.

ТАЛЕЙРАН. Я вижу, вы не утратили квалификации.
ФУШЕ. Талейраны состояли в родстве с семейством Конде?..
ТАЛЕЙРАН. Если добраться до самой верхушки древа, наверняка отыщется какой-нибудь сук, где наши предки сидели рядышком.
Пауза.

ФУШЕ. Он был молод, благороден, с незапятнанной честью, у него не было пороков... И он не хромал. Когда слуги пудрили ваше сумрачное лицо, вы, глядя в зеркало, вспоминали, что этот светлый человек ходит по земле. Пытка!
Пауза.

И как бы вы ни холили свою персону, вы мучительно себя ненавидите и опускаетесь все ниже и ниже!
Талейран изящно утирает рот кружевным платком.

ТАЛЕЙРАН. Господин сыщик, вы меня допрашиваете или исповедуете?
ФУШЕ. Пытаюсь понять, чем вы пахнете. Я, конечно, не ангел, от меня пахнет чужой кровью. Но от вас...
ТАЛЕЙРАН. Не вздумайте хвалиться этим перед королем. Его обоняние очень чувствительно к этому запаху - особенно от вас.
Пауза.

Еще коньяку, герцог Отрантский? Он вернет нам радость жизни.
Фуше наливает себе и пьет.

Ну как, вам лучше?
ФУШЕ. Не жалуюсь.
ТАЛЕЙРАН. Тогда почему вы ищете со мной ссоры? Чего ради? Друг мой, вы становитесь непредсказуемы к трем часам ночи.
ФУШЕ. Я все сказал. Пускай разбирается история.
Талейран с трудом встает и поднимает свой бокал.

ТАЛЕЙРАН. За неудачу истории и удачу в делах!
Фуше тоже поднимает бокал.

ФУШЕ. И за новый старый режим! За потомка Людовика Святого! За нашу дружбу! И долой красных!
ТАЛЕЙРАН (спокойно). И за пустые небеса, герцог!
За окном сверкает молния, раздается гром и внезапный шум дождя. Порыв ветра распахивает балконную дверь, свечи гаснут. Фуше подходит к двери и закрывает ее.

Что они там делают? (Зажигает свечи.)
ФУШЕ (глядя в окно). Разбежались.
ТАЛЕЙРАН. Я так и знал. Дождь - лучший страж порядка.
ФУШЕ (задумчиво, продолжая смотреть в окно). Жутко.
ТАЛЕЙРАН. Что?
ФУШЕ. Безлюдье.
ТАЛЕЙРАН. В общем, сегодня ночью вас одолевают страхи.
Фуше берет колокольчик и звонит. Талейран улыбается.

Еще десерта?
ФУШЕ. Пусть меня сопроводят.
ТАЛЕЙРАН. Сопроводят, Фуше, надо говорить сопроводят или проводят.
Фуше швыряет колокольчик в угол через всю гостиную.

Хотите уйти, откройте сами... Дверь не заперта.
Фуше направляется к двери, колеблется, возвращается снова.

ФУШЕ (чопорно). Не пристало главе правительства самому открывать двери.
ТАЛЕЙРАН. Человек, который запугал всю Францию, боится темноты! А вдруг там подкарауливают вас... мои люди? Или они ваши? Черт их теперь разберет. (Сладким голосом.) Если они вас прирежут, я не пойду на них доносить.
Во время последних реплик сверкает, молния, слышится гром и шум дождя.
ФУШЕ. Это вас не спасет.
ТАЛЕЙРАН. Хватит. Мы всю ночь друг друга стращаем.
Пауза.

ФУШЕ (тихо). Да, правда. Нам так мало осталось. Мы старики. Такие богатые! И скоро помрем. Ну разве это справедливо - вдруг лишиться всего и оказаться рядом с последним ничтожеством?
ТАЛЕЙРАН (тихо). Почаще предавайтесь меланхолии. Она потихоньку примиряет с мыслью о смерти.
ФУШЕ (кричит). Не хочу даже слышать о смерти! (Тихо.) У нас еще все впереди!
ТАЛЕЙРАН. Я же говорил, что мы непременно придем к согласию!
ФУШЕ. Я в этом не сомневался. И к равновесию сил!
ТАЛЕЙРАН. На сегодняшний день.
Пауза.

Фуше... зачем мы женимся? Такие люди, как мы с вами, должны довольствоваться политическим супружеством. В нем куда больше страсти...
Пауза.

Берегите себя, друг мой. Я не хочу овдоветь раньше времени. Вам надо выспаться. (Хлопает в ладоши. Дверь открывается. За ней темнота.) Итак, сегодня вечером у короля.
ФУШЕ. Можете смело на меня положиться.
ТАЛЕЙРАН. Все, что от вас требуется, - встать на колени и поцеловать руку. Я буду рядом, чтобы благословить вас.
Фуше идет к выходу.

Фуше!
Фуше оборачивается.

Только не насмешите меня!..
Делает Фуше знак приблизиться, потом встает и опирается на его руку. Они медленно выходят в темноту.

Входят Жан и Жак.

ЖАН. Кому же теперь толкнуть все эти секреты?
ЖАК. Больше некому. Лавочка временно прикрылась. Нас употребили, и не нас одних. Вся Франция в дерьме. Кому нужна была вся эта болтовня, эта мясорубка? За что боролись? Двадцать пять лет бардака - и все псу под хвост.
ЖАН. Мы еще ничего. Мы все-таки при деле. Какой-то навар имеем.
ЖАК. С объедков.
ЖАН. А что тебе не нравится?
ЖАК. А то, что нас никогда не пустят дальше лакейской. И не рыпайся.
ЖАН. Почему?
ЖАК. Потому что мы рылом не вышли. Хочешь остаться цел - не высовывайся...

ГОЛОС ЗА СЦЕНОЙ. “Я приехал в Сен-Дени. Меня привели в комнату, прилегающую к покоям короля. Там никого не было, я сел в углу и стал ждать. Вдруг дверь распахнулась: глазам моим предстал порок, шествующий под руку с преступлением, - господин Талейран, поддерживаемый господином Фуше; адское видение безмолвно проплыло мимо меня и скрылось в кабинете короля. Фуше явился, чтобы поклясться в верности своему повелителю. Верноподданный цареубийца, упав на колени, простер руки, погубившие короля-мученика, к его родному брату. Христопродавец-епископ скрепил клятву”. Шатобриан. “Замогильные записки”. 7 июля 1815 г., около 11 часов.

2016-10-31 в 17:50 

АиФ
Молчи так, чтобы было слышно, о чем ты умалчиваешь /Доминик Опольский/
Примечания


* В сражении под Йеной в 1806 г. армия Наполеона I разгромила прусские войска.

** А мне нравится ваш Людовик. Он лучше других (англ.).

*** Жан-Батист Карье (1755-1794) - член Конвента, прославившийся жестокими расправами над духовенством в Нанте. Был гильотинирован. Только Фуше ни в чем не помогал Карье и не был в то время в Нанте.

**** Доротея Дино - жена племянника Талейрана, а не племянница по крови.

***** Явный намек на сильный дождь, разразившийся в ночь с 9 на 10 термидора II года (27/28 июля 1794), который разогнал защитников парижской ратуши, сторонников М.Робеспьера.

****** В действительности все не так и плохо, как в фантазии автора. Отец Фуше был добропорядочный буржуа, купец, а не пьяный буйный моряк, и Жозефу Фуше, который из-за слабости здоровья не мог наследовать отцовскую профессию, постарались дать хорошее образование и пустить по преподавательской части.

******* Гуго Капет (938-996) - основатель французской династии Капетингов.

2016-10-31 в 17:51 

АиФ
Молчи так, чтобы было слышно, о чем ты умалчиваешь /Доминик Опольский/
Примечания


* В сражении под Йеной в 1806 г. армия Наполеона I разгромила прусские войска.

** А мне нравится ваш Людовик. Он лучше других (англ.).

*** Жан-Батист Карье (1755-1794) - член Конвента, прославившийся жестокими расправами над духовенством в Нанте. Был гильотинирован. Только Фуше ни в чем не помогал Карье и не был в то время в Нанте.

**** Доротея Дино - жена племянника Талейрана, а не племянница по крови.

***** Явный намек на сильный дождь, разразившийся в ночь с 9 на 10 термидора II года (27/28 июля 1794), который разогнал защитников парижской ратуши, сторонников М.Робеспьера.

****** В действительности все не так и плохо, как в фантазии автора. Отец Фуше был добропорядочный буржуа, купец, а не пьяный буйный моряк, и Жозефу Фуше, который из-за слабости здоровья не мог наследовать отцовскую профессию, постарались дать хорошее образование и пустить по преподавательской части.

******* Гуго Капет (938-996) - основатель французской династии Капетингов.

2016-10-31 в 20:51 

Admiral zur See
Sturm und Drang!
Спасибо большое за выкладку!



Жаль, нет нигде записи спектакля со Смоктуновским и Джигарханяном...

2016-10-31 в 21:26 

forster2005
"Что толку видеть вещь, если о ней никто ничего не доказывает?!"
2016-11-01 в 14:53 

Admiral zur See
Sturm und Drang!
forster2005, спасибо, просмотрим )))

2016-11-09 в 17:19 

Nataly Red Rose
Свобода начинается с иронии
Жаль, нет нигде записи спектакля со Смоктуновским и Джигарханяном...
Олег Табаков там в роли Талейрана.

Да! Хотя пьеса по сети давно гуляет, пусть будет и тут и так ))

URL
Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Vive Liberta

главная