20:41 

Александр Романов за власть Советов ;)

forster2005
"Что толку видеть вещь, если о ней никто ничего не доказывает?!"
"Мне пришло в голову, что, хотя я и не большевик, однако не мог согласиться со своими родственниками и знакомыми и безоглядно клеймить все, что делается Советами только потому, что это делается Советами. Никто не спорит, они убили трех моих родных братьев, но они также спасли Россию от участи вассала союзников.
Некогда я ненавидел их, и руки у меня чесались добраться до Ленина или Троцкого, но тут я стал узнавать то об одном, то о другом конструктивном шаге московского правительства и ловил себя на том, что шепчу: "Браво!". Как все те христиане, что "ни холодны, ни горячи", я не знал иного способа излечиться от ненависти, кроме как потопить ее в другой, еще более жгучей. Предмет последней мне предложили поляки. (...) когда красный командир Буденный разбил легионы Пилсудского и гнал его до самой Варшавы...
- Но вы, кажется, забываете, — возразил мой верный секретарь, — что, помимо прочего, победа Буденного означает конец надеждам Белой Армии в Крыму.
Справедливое его замечание не поколебало моих убеждений. Мне было ясно тогда, неспокойным летом двадцатого года, как ясно и сейчас, в спокойном тридцать третьем, что для достижения решающей победы над поляками Советское правительство сделало все, что обязано было бы сделать любое истинно народное правительство. Какой бы ни казалось иронией, что единство государства Российского приходится защищать участникам III Интернационала, фактом остается то, что с того самого дня Советы вынуждены проводить чисто национальную политику, которая есть не что иное, как многовековая политика, начатая Иваном Грозным, оформленная Петром Великим и достигшая вершины при Николае I: защищать рубежи государства любой ценой и шаг за шагом пробиваться к естественным границам на западе! Сейчас я уверен, что еще мои сыновья увидят тот день, когда придет конец не только нелепой независимости прибалтийских республик, но и Бессарабия с Польшей будут Россией отвоеваны, а картографам придется немало потрудиться над перечерчиванием границ на Дальнем Востоке.
В двадцатые годы я не отваживался заглядывать столь далеко. Тогда я был озабочен сугубо личной проблемой. Я видел, что Советы выходят из затянувшейся гражданской войны победителями. Я слышал, что они все меньше говорят на темы, которые занимали их первых пророков в тихие дни в "Кафе де Лила", и все больше о том, что всегда было жизненно важно для русского народа как единого целого. И я спрашивал себя со всей серьезностью, какой можно было ожидать от человека, лишенного значительного состояния и ставшего свидетелем уничтожения большинства собратьев: "Могу ли я, продукт империи, человек, воспитанный в вере в непогрешимость государства, по-прежнему осуждать нынешних правителей России?"
Ответ был и "да" и "нет". Господин Александр Романов кричал "да". Великий князь Александр говорил "нет". Первому было очевидно горько. Он обожал свои цветущие владения в Крыму и на Кавказе. Ему безумно хотелось еще раз войти в кабинет в своем дворце в С.-Петербурге, где несчетные книжные полки ломились от переплетенных в кожу томов по истории мореплавания и где он мог заполнить вечер приключениями, лелея древнегреческие монеты и вспоминая о тех годах, что ушли у него на их поиски.
К счастью для великого князя, его всегда отделяла от господина Романова некая грань. Обладатель громкого титула, он знал, что ему и ему подобным не полагалось обладать широкими познаниями или упражнять воображение, и поэтому при разрешении нынешнего затруднения он не колебался, поскольку попросту обязан был положиться на свою коллекцию традиций, банальных по сути, но удивительно действенных при принятии решений. Верность родине. Пример предков. Советы равных. Оставаться верным России и следовать примеру предков Романовых, которые никогда не мнили себя больше своей империи, означало допустить, что Советскому правительству следует помогать, не препятствовать его экспериментам и желать успеха в том, в чем Романовы потерпели неудачу.
Оставались еще советы равных. За одним-единственным исключением, они все считали меня сумасшедшим. Как это ни покажется невероятным, я нашел понимание и поддержку в лице одного европейского монарха, известного проницательностью своих суждений.
- Окажись вы в моем положении, — спросил я его напрямик, — позволили бы вы своей личной обиде и жажде мщения заслонить заботу о будущем вашей страны?
Вопрос заинтересовал его. Он все серьезно взвесил и предложил мне перефразировать вопрос.
- Давайте выразим это иначе, — сказал он, словно обращался к совету министров. — Что гуще: кровь или то, что я назвал бы "имперской субстанцией". Что дороже: жизнь ваших родственников или дальнейшее воплощение имперской идеи? Мой вопрос — это ответ на ваш. Если то, что вы любили в России, сводилось единственно к вашей семье, то вы никогда не сможете простить Советы. Но если вам суждено прожить свою жизнь, подобно мне желая сохранения империи, будь то под нынешним знаменем или под красным флагом победившей революции — то зачем колебаться? Почему не найти в себе достаточно мужества и не признать достижения тех, кто сменил вас? (...)
Еще более жаркие дебаты ожидали меня в Клубе Армии и Флота [в США]. Его руководство считало само собой разумеющимся, что я буду проклинать Советскую Россию и предскажу неминуемый крах пятилетнему плану. От этого я отказался. Ничто не претит мне больше, нежели тот спектакль, когда русский изгнанник дает жажде возмездия заглушить свою национальную гордость. В беседе с членами Клуба Армии и Флота я дал понять, что я прежде всего русский и лишь потом великий князь. Я, как мог, описал им неограниченные ресурсы России и сказал, что не сомневаюсь в успешном выполнении пятилетки.
- На это может уйти, — добавил я, — еще год-другой, но если говорить о будущем, то этот план не просто будет выполнен — за ним должен последовать новый план, возможно, десятилетний или даже пятнадцатилетний. Россия больше никогда не опустится до положения мирового отстойника. Ни один царь никогда не смог бы претворить в жизнь столь грандиозную программу, потому что его действия сковывали слишком многие принципы, дипломатические и прочие. Нынешние правители России — реалисты. Они беспринципны — в том смысле, в каком был беспринципен Петр Великий. Они так же беспринципны, как ваши железнодорожные короли полвека назад или ваши банкиры сегодня, с той единственной разницей, что в их случае мы имеем дело с большей человеческой честностью и бескорыстием.
Так получилось, что за столом председателя, прямо рядом со мной, сидел генерал ***, потомок знаменитого железнодорожного магната и член советов правления полсотни корпораций. Когда под звуки весьма нерешительных аплодисментов я закончил, наши глаза встретились.
- Странно слышать такие речи от человека, чьих братьев расстреляли большевики, — сказал он с нескрываемым отвращением.
- Вы совершенно правы, генерал, — ответил я, — но, в конце концов, мы, Романовы, вообще странная семья. Величайший из нас убил собственного сына за то, что тот попытался вмешаться в выполнение его "пятилетнего плана".
Какое-то мгновение он молчал, затем попытался уйти от темы:
- Но что бы вы нам посоветовали предпринять, чтобы оградить себя от этой опасности?
- Честно говоря, не знаю, — сказал я. — Да и потом, генерал, это взгляд с вашей колокольни. Я русский, разве не видите.
Что же до остальных членов Клуба Армии и Флота, то я должен честно признать, что, когда первое потрясение прошло, они обступили меня, жали руку и хвалили за "искренность" и "мужество".
- Знаете, что вы сегодня натворили? — спросил президент клуба, когда я собрался уходить. — Вы сделали из меня почти что большевика..."
Цитируется по: Великий князь Александр Михайлович. Воспоминания. Две книги в одном томе. М.: Захаров, АСТ, 1999. Сканы, подготовленные Игорем Пыхаловым.
. . .
В русском издании 1933, которое оцифровано на сайте "Военная литература", эти абзацы исключены. Что очень даже понятно. А в американском издании все на месте.
Alexander, grand duke of Russia, 1866-1933. Always a grand duke, by Alexander, grand duke of Russia. New York, Farrar & Rinehart, incorporated [ 1933]. Текст - на архив.орг.
"It dawned on me that, though not a Bolshevik, I could not agree with my relatives and friends and sweepingly condemn whatever was done by the Soviets just because it was done by the Soviets. True enough, they had killed my three brothers, but they had likewise saved Russia from becoming a vassal state of the Allies.
One moment I hated them and wished I could lay my hands on Lenin or Trotzky but then I would hear of this or that unquestionably constructive action of the Moscow Government and would catch myself whispering: "Bravo!” Like all lukewarm Christians, I knew no way of getting rid of hatred except by submerging it in still bigger hatred. The subject for the latter was provided by the Poles." и см. далее.

@темы: революции, полезные ссылки, литературная республика, источники/документы, Советский Союз, Россия, 20 век = век "Ха-Ха"

Комментарии
2016-08-01 в 20:49 

М-Воронин
Верить можно только в невероятное. Остальное само собой разумеется. (Жильбер Сесборн)
:vo:

2016-08-02 в 06:42 

Березовый сок
Вопреки видимости, именно зима — пора надежды (Ж.Сесборн)
Спасибо, особенно за обнаружение английского текста. Он, похоже, сразу пресек на корню вяканья ;)

2016-08-02 в 13:06 

Cosmopolite
Армия принципов прорвется там, где не пройдет армия солдат. Т.Пейн
Любопытно! спасибо.

2016-08-11 в 23:25 

Martine Gabrielle
Истине самой по себе свойственна неотразимая притягательность... но одним лишь дуракам даровали боги умение говорить правду, никого не оскорбляя
forster2005, спасибо, очень интересный случай. Может быть (может!), в.кн.Александр Михайлович в качестве главы государства был бы более на своем месте, чем его брат...

2016-08-19 в 09:59 

forster2005
"Что толку видеть вещь, если о ней никто ничего не доказывает?!"
обнаружение английского текста. Он, похоже, сразу пресек на корню вяканья ;)
Березовый сок, да, это было уязвимое место, но, слава архив-оргу, вопрос закрыт.
Может быть (может!), в.кн.Александр Михайлович в качестве главы государства был бы более на своем месте, чем его брат...
Martine Gabrielle, может. А может, его к столь глубокомысленным государственным выводам подвигло все им пережитое? трудно сказать, но в любом случае, монархия как форма правления - давно изжившая себя идея, а псевдоромановы - давно отработанный материал, пардон за прямолинейность ).

2016-08-19 в 12:14 

Belle Garde
Логика - это искусство ошибаться с уверенностью в своей правоте
Зная, как друг к другу относятся братцы и сестры в монаршьих кланах ;), не очень удивляюсь высказываниями гражданина Романова. А может, его к столь глубокомысленным государственным выводам подвигло все им пережитое? - плюсую. В роскошной жизни мысли лениво приходят. Иначе что бы ему мешало в 1904-1914 годах пытаться влиять на государственную жизнь в правильном направлении, если он так радел за страну?

2016-08-20 в 22:24 

Я и моя собака
Истинно мягкими могут быть только люди с твердым характером /Лабрюйер/
А может, его к столь глубокомысленным государственным выводам подвигло все им пережитое?
Склоняюсь к той же мысли.

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Vive Liberta

главная