07:39 

ура!!!

М-Воронин
Верить можно только в невероятное. Остальное само собой разумеется. (Жильбер Сесборн)
- Беда! - произнес кто-то, - Ведь пушечные ядра с Бастилии могут попасть в город, обрушиться на мирных людей. Что нам делать?
Неожиданно появились городские пожарные. Они притащили с собой пожарные насосы и направили струи воды на галереи Бастилии, рассчитывая, что мокрые пушки станут непригодны для боя, но, увидев, что их усилия бесполезны, пожарные побросали свои насосы и сами взялись за оружие.
На выстрелы с Бастилии теперь отвечали пули осаждающих - солдат французской гвардии и городской милиция.
Отставной драгунский офицер Эли стал вдохновителем атаки и добровольно взял на себя обязанности военачальника.
Несколько раз осаждающие бросались к подходу на второй мост. Но каждый раз выстрелы с вала останавливали их, покрывая землю убитыми и ранеными.
- Без пушек нам не справиться! - сказал с досадой Эли. - Только пушечные ядра могут заставить крепость сдаться.
О том, как взять Бастилию, думали не одни только осаждающие.
- Пропустите меня! - закричал столяр Меден. - Я знаю, как одолеть крепость. Надо устроить огромный таран и при его помощи пробить стены цитадели.
- Нет, это не годится! - Пивовар из Сент-Антуанского предместья оттолкнул Медена. - Мне пришла в голову чудесная мысль. Бастилию надо сжечь, иначе ее не одолеть! Для этого надо поджечь бочки гвоздичного и лавандового масла. И этим кипящим маслом облить крепость с помощью пожарных насосов...
Предложения, самые разнообразные, так и сыпались в Ратушу, но генерал-майор парижской милиции де ля Коссидьер решительно их отвергал.
- Друзья! - сказал он. - Бастилия - крепость, и ее можно взять только правильной осадой и штурмом.
Наконец прибыли и пушки, захваченные в Доме инвалидов. Раздался первый залп. Сразу в сердцах осаждавших возродилась надежда; каждый с новым пылом схватился за свое оружие: кто за ружье, кто за саблю, кто за пистолет.
Видя, что напор толпы растет, инвалиды крепостного гарнизона единогласно и решительно потребовали от де Лоне, чтобы он сдался.
Де Лоне был не уверен в инвалидах с самого начала и предложил остальной части гарнизона - швейцарцам, чтобы они расстреливали по его указанию тех инвалидов, которые откажутся ему повиноваться. Он договаривался об этом со швейцарцами на немецком языке, рассчитывая, что никто, кроме них, не поймет его слов. Швейцарцы согласились. Но среди инвалидов нашелся солдат, проделавший на своем веку немало
походов в иноземные страны и поэтому понимавший немецкий язык. Он предупредил своих товарищей об угрожающей им опасности. Однако инвалиды не испугались угрозы, а решили противодействовать коменданту.
Увидев, что и в самой крепости у него нет опоры, де Лоне заметался. Он решил, что одних пуль, которыми поливали осаждающих, недостаточно, и распорядился сбрасывать на них еще и камни.
Инвалиды первые произнесли слово: "Капитуляция!" Тогда де Лоне с мрачным видом медленными шагами поднялся на платформу Башни Свободы. Солдаты, полагавшие, что он пожелал удостовериться, насколько
справедливы их донесения о положении дел, ждали его возвращения очень терпеливо. Но они ошибались: у коменданта было на уме другое: он захватил на ходу зажженный фитиль и направился к отделению башни,
где хранился порох, с тем, чтобы взорвать Бастилию. Но у пороховой камеры стоял часовой - солдат Ферран. Он отгадал намерение коменданта и, решившись помешать ему, загородил собой вход.
Напрасно де Лоне кричал, требовал, приказывал, Ферран не двинулся с места. А потом стремительно вырвал из рук коменданта фитиль, затоптал его и прогнал де Лоне, угрожая ему штыком. Так Ферран спас не только осаждавших Бастилию, но и значительную часть города, которая неминуемо взлетела бы на воздух вместе с крепостью.
- Вы хотели взорвать Бастилию! - крикнул с ненавистью один из инвалидов.
- Да, я предпочитаю погибнуть здесь, в Бастилии, смертью солдата! - ответил де Лоне.
- Это смерть не солдата, это смерть труса и убийцы! Ведь вместе с Бастилией взлетят на воздух ближайшие кварталы, а с ними погибнут десятки тысяч невинных людей
- Ну и пусть гибнут! По крайней мере, я отомщу этой сволочи!
- Для вас это сволочь, а для нас французы! - кричали инвалиды, обступившие де Лоне со всех сторон. - Мы не дадим взорвать крепость! Мы хотим сдаться!..
- А я приказываю вам драться до конца!
- Мы отказываемся!
- Солдаты! - выйдя из себя, обратился де Лоне к швейцарцам.
Они зашевелились было, но инвалиды с таким грозным видом двинулись на них, что те отступили.
Поняв, что все потеряно, де Лоне начал умолять умолять инвалидов, чтобы они дали ему бочонок пороха: если ему помешали взорвать крепость, он взорвет самого себя.
— Нет! — отвечали инвалиды. — Прикажите бить отбой! Сдавайтесь восставшим! Выбросим белое знамя!
— У меня нет белого знамени! — ответил де Лоне.
— Дайте платок!
Один из инвалидов взял белый платок коменданта и, прикрепив его к ружью, взбежал на башню в сопровождении барабанщика, который три раза прошел по стенам крепости, не переставая бить отбой. Между тем одно из ядер, пущенных осаждающими, сбило цепи второго подъемного моста. Мост опустился. Но подход к нему был загорожен двумя горевшими телегами с соломой. Завеса дыма мешала видеть, что делается за мостом.
Жак, а за ним несколько человек бросились в пламя, раскидали куски горящих телег и затушили их ногами. Проход освободился. Эли, Жак, Шарль, за ними другие бросились вперед, отворили ворота и первые вошли в знаменитый внутренний двор Бастилии, освещенный кровавым заревом пожара.
Инвалиды выстроились вправо от входа и сложили оружие вдоль стены. Швейцарцы, стоявшие прямо напротив входа, сделали то же самое, но инвалиды были французами, и их возгласы и выражение лиц говорили об их радости по поводу победы народа. Швейцарцы же, еще черные от пороха, хранили мрачное, недружелюбное молчание.
Несколько человек устремились к де Лоне с криком:
— Смерть ему!..
Но Эли удержал их.
— Не троньте его! Пусть коменданта судит народ! Это будет наш справедливый суд!
Де Лоне и его помощников окружили и повели по улицам Парижа. Народ восторженно встречал тех, кто сокрушил Бастилию, а теперь конвоировал де Лоне.
— Бастилия взята!
— Бастилии больше нет! — кричали те, кто еще не остыл от боя за овладение ненавистной крепостью.
— Бастилии больше нет! — вторили те, кто сейчас приветствовал победителей.


Евгения Иосифовна Яхнина
Жак Отважный из Сент-Антуанского предместья


оглавление

Это мы с Надюшкой сейчас читаем.

С праздником, граждане товарищи коллеги!
С Всемирным днем революций и революционеров!

@темы: товарищам, социальная история, событие, скачать бесплатно, свобода-право-власть, революции, полезные ссылки, они и мы, массы-классы-партии, литературная республика, источники/документы, история идей, дискуссии, Советский Союз, Россия и Франция, Европа, Великая французская революция, АРТеФАКТическое/иллюстрации, homo ludens, 21 век, 20 век = век "Ха-Ха", 18 век

Комментарии
2016-07-14 в 14:40 

Свой среди чужих...
...чужой среди своих

Le 14 juillet 1880. Alfred ROLL (1846 - 1919)
:vict:

2016-07-14 в 16:21 

rosstags
Пришла ко мне как-то в голову мысль... осмотрелась, плюнула и ушла.
С праздником!

2016-07-14 в 21:21 

forster2005
"Что толку видеть вещь, если о ней никто ничего не доказывает?!"

Ура! Ура! Ура!

*Ух эта Женя Яхнина, молодец же человек!*

2016-07-30 в 13:41 

L del Kiante
«Moi aujourd’hui et moi tantôt, sommes bien deux»
А ведь у меня столько всего припасено было...
.

.

.

.

.

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Vive Liberta

главная