Записи с темой: россия и франция (список заголовков)
07:00 

наши принципы

Homme de La Rochelle
Все меняется, ничто не пропадает
21:42 

ВЕЛИКАЯ ФРАНЦУЗСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ И РОССИЯ

Capra Milana
мир не существует, а поминутно творится заново
Так вот, еще часть очень большой книги выложена, а именно - тематические иллюстративные разделы, подготовленные Натальей Тиграновной Унанянц:
Великая французская революция в советской литературе. 1917—1940 гг.
Великая французская революция в книжной графике. 1917—1940 гг.
Великая французская революция в советской музыкальной жизни. 1917—1940 гг.
Великая французская революция в спектаклях советского театра. 1917—1940 гг.
Великая французская революция в советском искусстве и литературе. 1950—1986 гг.
В.И.Якоби "Девятое термидора"
М.К.Соколов. Цикл "Великая французская революция"

Альбер Собуль. Принципы Восемьдесят девятого года


Картинки кликабельны. Отсканированные иллюстрации размещены в альбоме.


ВЕЛИКАЯ ФРАНЦУЗСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ И РОССИЯ
Редакционная коллегия:
акад. НАРОЧНИЦКИЙ А.Л. (ответственный редактор), АДО А.В., АФАНАСЬЕВ Ю.Н., ЗАГЛАДИН В.В., СЕДЫХ В.Н., САПЛИН А.И. (секретарь редакции), СИРОТКИН В.Г., УНАНЯНЦ Н.Т.
Под редакцией докторов исторических наук АДО Анатолия Васильевича и СИРОТКИНА Владлена Георгиевича
Подбор иллюстраций и тексты к ним кандидата исторических наук УНАНЯНЦ Натальи Тиграновны
Перевод французских текстов:
К.Ю.БАРАНОВСКОГО, Р.И.ЛИНЦЕР, М.В.МАЛЬКОВОЙ
Издательский редактор Н.В.РУДНИЦКАЯ
Художник А.К.ЕРШОВ
М.: Прогресс, 1989. 552 с., ил.


Эта книга является результатом новейших исследований ученых СССР и Франции. Альманах «Великая французская революция и Россия» освещает влияние идей и событий Французской революции на политическую, экономическую и культурную жизнь России, опираясь главным образом на обширные фонды архивов и библиотек СССР. Альманах содержит большое количество впервые публикуемых и малоизвестных иллюстраций.




Ранее в библиотеке помещены

статья В.Г.Ревуненкова "К истории споров о Великой французской революции"
и
Библиографический указатель

@темы: товарищам, скачать бесплатно, свобода-право-власть, революции, полезные ссылки, они и мы, новые публикации, массы-классы-партии, литературная республика, история искусств, история идей, Франция, Советский Союз, Россия и Франция, Россия, Европа, Великая французская революция, АРТеФАКТическое/иллюстрации, 20 век, 19 век, 18 век

21:22 

В.И.Якоби «Девятое термидора» (холст, масло, 1864 г.)

Plume de paon
tantum possumus, quantum scimus
библиотека Vive Liberta . apprendre par coeur



Картина В.И.Якоби «Девятое термидора», написанная в 1864 г. в Париже, стоит особняком в русской живописи дооктябрьской эпохи. Русские художники нечасто обращались к истории Франции (Отечественная война 1812 г. — исключение) и обычно выбирали сюжеты из периода средних веков. Так, Н.В.Неврева привлекало раннее средневековье, К.Ф.Гуна, В.Д.Поленова, того же В.И.Якоби — религиозные войны, А.Н.Бенуа — Версаль времен Короля-Солнца.
В.И.Якоби одним из первых русских художников смело поднял в живописи тему революционного движения. Под влиянием революционно-демократического подъема самого начала 60-х годов он написал «Привал арестантов» (1861 г.), произведение, встретившее горячий прием у передовой России, и почти сразу же задумал картину из истории Великой Французской революции. Но свойственное шестидесятникам понимание истории как процесса, насыщенного драматическими поворотами, и конкретные судьбы русских революционеров — например, поэта и публициста М.И.Михайлова, отправленного на каторгу после студенческих волнений осени 1861 г., — воздействовали на выбор темы будущей картины — темы поражения и гибели борцов за свободу. Из рассказа народника Л.Ф.Пантелеева известно, что вскоре после студенческой истории 1861 г. Якоби просил Н.Г.Чернышевского найти студентов, готовых позировать для полотна «Смерть Робеспьера».
(Пантелеев Л.Ф. Воспоминания. М., 1958, с.338—339).
С 1862 г. Якоби в качестве пенсионера Академии художеств жил за границей, сначала в Германии и Швейцарии, а с сентября 1863 г. — в Париже. Круг его чтения в эти годы по истории революции составляли «История Французской революции» Л.Блана, «История Сен-Жюста» Э.Амеля, «Луи Давид и его школа» Э.Делеклюза.
В Париже интерес Якоби к революционным идеям поддерживался и всей атмосферой французской столицы, где тогда оживленно обсуждался польский вопрос, и самым близким окружением художника. Его младший брат Павел, участвовавший в польском восстании и чудом оставшийся в живых после битвы под Крушиной, приехал в Париж закупать оружие и у Якоби встречался с М.Бакуниным. Серьезно интересовалась общественными и политическими проблемами гражданская жена художника А.Н.Тюфяева, впоследствии знаменитая русская гарибальдийка, организовавшая дерзкий побег из крепости осужденного на смерть адъютанта Д.Гарибальди. Записные книжки, которые она вела много лет, позволяют проследить подробно жизнь художника за границей и его работу над картиной (см. превосходную публикацию: Любович Н. Страницы жизни В.Якоби. — «Художник», 1974, № 3). Близким другом Тюфяевой в Париже была украинская писательница Марко Вовчок, переписывавшаяся с А.И.Герценом,
в будущем первая переводчица на русский язык романа Эркмана—Шатриана «История одного крестьянина».
Вместе с тем изменение политической и общественной обстановки в России: арест и гражданская казнь Н.Г.Чернышевского и подавление польского восстания — укрепило художника в его намерении создать произведение о гибели революционера. Якоби оставил занимавшую его некоторое время мысль о картине «Смерть Марата», поскольку судьба Друга народа, убитого женской рукой, т.е. ставшего жертвой террористического акта, не отвечала более глубокому замыслу художника: прибегнув к исторической аналогии, осудить расправу самодержавия над лучшими людьми своего времени. В конце 1863 г. Якоби приступил к работе над полотном «Последние минуты Робеспьера» и закончил его в ноябре 1864 г.
Первоначальное название картины, не совсем точное, позже было заменено на более нейтральное «Умеренные и террористы», которое искажало смысл произведения и смещало акценты в трактовке художником образов победителей и побежденных. Современное название «Девятое термидора», как бы символизируя саму идею поражения и гибели, соответствует, на наш взгляд, и замыслу художника, и содержанию полотна.
Действие происходит в ночь с 9 на 10 термидора в зале Комитета общественного спасения, где в ожидании казни заключены Робеспьер и его единомышленники.
Композиция картины построена так, чтобы подчеркнуть одиночество и обреченность горсточки революционеров. Формат картины вытянут по горизонтали, и арестованные якобинцы отодвинуты к ее краям далеко друг от друга: слева лежащий Робеспьер, справа у окна Сен-Жюст (стоит у занавеса), Пейан и Дюма (сидит на стуле, прикрыв лицо рукой). Вождь якобинцев отделен от своих друзей также пустым пространством в центре комнаты и фигурами победителей, окружающих его ложе. На втором плане солдаты, столпившиеся в дверях, образуют отдельную группу и равнодушны к происходящему.
Картина убедительна своей исторической и психологической достоверностью. Соответствует реальности поведение персонажей: наглое торжество победителей, отрешенность Робеспьера и гордое бесстрастие Сен-Жюста, в портретных чертах которых заметна близость к иконографии XVIII в. Верны исторические реалии, любопытна, например, деталь: трехцветный шарф — этот символ республиканской Франции — носят и победители и побежденные.
Комната погружена в полумрак, его разрывает свет лампы, освещающий распростертого, беспомощного Робеспьера, над которым глумятся победители. Контраст света и тени, общий темный колорит полотна, пронизанный золотисто-красноватыми отблесками, и сама обнаженность конфликта, исход которого предрешен, наполняют картину звучанием, которое, по словам В.Стасова, восхищавшегося работой Якоби, создает «самое полное впечатление грозной трагичности».
Но в картине, в сущности, нет героизма. Художник не избежал жанровости в показе критического момента истории, и революционеры предстают на его полотне не столько как герои, сколько как жертвы или страдальцы.

В.И.Якоби. «Девятое термидора»

- - -
ВЕЛИКАЯ ФРАНЦУЗСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ И РОССИЯ
Редакционная коллегия:
М.: Прогресс, 1989. 552 с., ил.
аннотация



связь времен

@темы: 18 век, 19 век, 20 век, homo ludens, АРТеФАКТическое/иллюстрации, Великая французская революция, Европа, М.Робеспьер, Россия, Россия и Франция, Сен-Жюст, Термидор, Франция, имена, события, календарь, история идей, история искусств, источники/документы, массы-классы-партии, новые публикации, они и мы, персона, полезные ссылки, предметы материальной культуры, революции, свобода-право-власть, скачать бесплатно, социальная история, товарищам, якобинцы

21:21 

Великая французская революция в советском искусстве и литературе. 1950—1986 гг.

Plume de paon
tantum possumus, quantum scimus
библиотека Vive Liberta . apprendre par coeur



В послевоенные годы Великая французская революция уже не вызывала столь жгучего интереса и не играла столь значительной роли в художественной и литературной жизни, как до войны, в большой степени утратив для искусства и литературы значение прямой аналогии или параллели с Октябрьской революцией. Только в последние годы появились серьезные крупные работы художников Б.А.Тальберга и X.А.Аврутиса, впервые создавших живописные портреты деятелей революции.
Из литературных произведений можно назвать лишь историческую драму И.Луковского «Марат», вышедшую в свет в 1954 г., но не ставившуюся на сцене Обложка пьесы И.Луковского «Марат».
История революции постоянно интерпретируется в книжной графике в связи с переизданиями произведений художественной литературы. Чаще всего в разных городах страны и с иллюстрациями разных художников переиздается «Девяносто третий год» В.Гюго. При иллюстрировании романа художников неизменно привлекает его ключевой исторический эпизод — встреча в кабачке на Павлиньей улице триумвирата Марата, Дантона и Робеспьера. У Гюго встреча трех великих революционеров — острейшее столкновение различных политических программ и характеров. Однако художники И.А.Константиновский в давнем (1952 г.) ленинградском издании и Е.В.Попов в новом днепропетровском издании (1986 г.) Е.В.Попов. «Встреча» показывают событие, исполненное глубокого внутреннего драматизма, как жанровую сцену, подробно выписывая интерьер таверны, детали костюмов и пр., дробя впечатление и внося в изображение оттенок обыденности и прозаизма.
Московский график В.А.Носков, оформлявший «Девяносто третий год» для серии «Библиотека исторического романа» (1963 г.), напротив, исключает случайное и второстепенное В.А.Носков. «Встреча» . В.А.Носков. «Марат». Стремясь к цельности и силе изображения, он сталкивает черные и белые штрихи и пятна и строит композицию компактно, на крупных, приближенных к зрителю планах, так, что героям как бы тесно в отведенном для них пространстве. Интерпретация В.А.Носкова близка к оценке этого эпизода романа, данной Н.И.Кареевым, который писал: «Сцена свидания Робеспьера, Марата и Дантона в кабачке на улице Павлина — сцена большого исторического смысла».
Выдающимися произведениями о Великой французской революции последних десятилетий стали «Робеспьер» Б.А.Тальберга и цикл X.А.Аврутиса.
«Робеспьер» Б.Тальберга является частью монументального триптиха «Великие мыслители-утописты» (1970 г.), в котором художник объединил Томаса Мора, Томмазо Кампанеллу и Максимилиана Робеспьера — провозвестников нового общества, отдавших свои жизни во имя великой идеи.
«Робеспьер» Б.Тальберга
Фигура Робеспьера в рост вписана в деревянную раму, но это рама не портрета, а гильотины, и лезвие гильотины нависает над головой героя как символ его самопожертвования и гибели. Однако образ Робеспьера многозначен, и черты жертвенности присутствуют, но не доминируют. Это благородный герой, праведник, подвижник, одушевленный великой целью. Строгость и ясность композиции, чистота контуров, чистота цвета, гладкая техника письма, общая высокая пластическая культура изображения складываются в возвышенно-благородный стиль, отвечающий содержанию образа. Эпоха обозначена художником гильотиной, трехцветными знаменами, фланкирующими фигуру, и выбором цвета — белого и голубого с участием красного, но герой не замкнут в конкретном историческом периоде. Он стоит как будто бы на сцене или, может быть, на эшафоте, а, точнее, на постаменте и, одухотворенный великим подвигом и высшей правотой, возвышается над временем и над людьми. В триптихе Б.Тальберга, который понимает историю больше как связь времен, чем как связь событий, и ищет в ней не драматические коллизии, а победы человеческого духа, великие мыслители— утописты вне категорий времени, они герои вечно длящейся человеческой истории, герои на все времена.
Цикл «Великая французская революция» художника Х.А.Аврутиса складывался в конце 60-х — начале 80-х годов. Цикл состоит из десяти полотен, среди них исторические портреты деятелей революции Мирабо, Марата, Демулена, Дантона, Робеспьера, Сен-Жюста и портрет Ш.Корде, а также две тематические картины «Девятое термидора» и «Монтаньяры». Следы тщательного изучения графических и живописных материалов эпохи наиболее заметны в портретах Марата, Ш.Корде, Сен-Жюста и, частично, Демулена.
Х.А.Аврутис. Портрет К.Демулена В портрете Камиля Демулена художник схватил главное в характере этого журналиста, одаренного неистощимым остроумием и находчивостью. Это весельчак, насмешник, с чисто французской живостью как бы вступающий в непосредственный контакт со зрителем. Зелено-голубоватый колорит портрета напоминает о знаменитой зеленой веточке, сорванной Демуленом с дерева в саду Пале-Руаяля вслед за призывом «К оружию!» и ставшей перед взятием Бастилии знаком объединения и восстания.
Х.А.Аврутис. Портрет Дантона-оратора Наиболее удался художнику, на наш взгляд, портрет Дантона-оратора. Перед нами поистине титан революции, трибун, неистовый патриот, поднявший на защиту отечества тысячи людей. Могучая голова, рывком прорезающая плоскость холста по диагонали, сильный резкий мазок, лепящий форму, сама живописная фактура, густая, пастозная, в которой так ощутимы стремительные удары кисти, насыщают полотно патетикой и страстной энергией. Этот Дантон неотразимо воздействует на зрителя. Невозможно, кажется, противостоять этому мужественному кличу, этому неудержимому волевому порыву, не слышать раскатов громового голоса, который Ж.Жорес сравнивал с грохотом пушки, подающей сигнал тревоги и зовущей на штурм. Художник захвачен своим героем, но не возвеличивает его. В этом образе вождя, вожака, способного увлечь за собой массы, он раскрывает и другое. Горящий взгляд Дантона направлен в сторону, это невидящий взгляд человека, в своей одержимости не замечающего, следует ли за ним кто-нибудь.
Х.А.Аврутис. Портрет Робеспьера Еще сильнее отрешенность от окружающего выражена в портрете Робеспьера. Он изображен в фас, расположение его фигуры совпадает с вертикальной плоскостью холста, закрепляющей ее неподвижность и скованность. Резко моделированные черты лица с плотно сжатыми узкими губами, с тяжелым взглядом из-под нависших век, устремленным прямо перед собой, но как бы обращенным в себя, впалые щеки, шея, тесно охваченная воротником, подпирающим голову, сливаются в непроницаемо-застылое лицо-маску, не лишенную элемента гротеска. От человека на портрете, написанном в холодных серовато-бело-голубоватых тонах, веет холодом и неприступностью. Но в этой неприступности, в этой мрачной застылости скрыта страшная сила, то холодное пламя, подчиненное непреклонной воле, которое, вырвавшись наружу, делало вождя якобинцев столь опасным для врагов революции.
Х.А.Аврутис. «Девятое термидора» В картине «Девятое термидора» X.А.Аврутис столетие спустя после В.И.Якоби возвращается к теме поражения якобинцев, по-своему осмысливает эту тему и предлагает собственное живописное ее решение. Он находит для своей картины необычную композицию, открывающую возможность трактовать события 9 термидора без всякого героического или возвышенного ореола.
Раненый Робеспьер сдвинут в угол картины и в неловкой позе лежит прямо на полу. Он совершенно одинок, вокруг него нет ни дружеских, ни враждебных лиц, его окружают приклады ружей и ноги его врагов, готовых не то растоптать его, не то вытолкнуть из пространства картины. В картине X.А.Аврутиса заключена мысль не о драме гибели, а о драме поражения со всей ее беспредельной унизительностью, неизбежной при торжестве грубой силы.
Талантливые, значительные, но и разные по концепции, работы Б.А.Тальберга и X.А.Аврутиса о Великой французской революции свидетельствуют о неисчерпаемости идейного и образного, пусть и противоречивого, содержания событий двухсотлетней давности, продолжающих будить творческое воображение художников, находящих в той эпохе героические характеры и героические деяния.

Смотрите также графику М.К.Соколова.

- - -
ВЕЛИКАЯ ФРАНЦУЗСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ И РОССИЯ
Редакционная коллегия:
М.: Прогресс, 1989. 552 с., ил.
аннотация



связь времен

@темы: 18 век, Советский Союз, Россия и Франция, Россия, М.Робеспьер, Жан-Поль Марат, Европа, Дантон Жорж-Жак, Великая французская революция, АРТеФАКТическое/иллюстрации, homo ludens, 20 век, Средние века, Термидор, Франция, дискуссии, имена, события, календарь, история идей, история искусств, история моды, источники/документы, литературная республика, массы-классы-партии, новые публикации, они и мы, персона, полезные ссылки, предметы материальной культуры, революции, свобода-право-власть, событие, социальная история, товарищам

21:19 

Великая французская революция в спектаклях советского театра. 1917—1940 гг.

Plume de paon
tantum possumus, quantum scimus
библиотека Vive Liberta . apprendre par coeur



Для молодого советского театра, с первых же дней после Октября крайне нуждавшегося в репертуаре на революционную тему. Обращение к Великой французской революции имело исключительное значение. Прежний репертуар себя изжил, новая советская драматургия еще не успела сложиться и вообще созревала очень медленно, сильно отставая от прозы и тем более от поэзии. Трудный процесс поисков репертуара, по распространенному в те годы выражению, «созвучного революции», естественно, приводил и старые театры, пережившие Октябрь, и вновь возникавшие театральные коллективы к тем произведениям зарубежной драматургии, которые обличением тирании, изображением социальных конфликтов или массовых революционных движений отвечали духу переживаемого времени. Наиболее логичным казалось выразить тему Октябрьской революции, прямо обращаясь к пьесам из истории Великой французской революции. Обращение к драматургии о Великой французской революции открывало три возможности. Первая и самая простая — привлечение классического зарубежного репертуара (например, драмы «Смерть Дантона» Г.Бюхнера и «Четырнадцатое июля» Р.Роллана); вторая — инсценировка художественных произведений о Французской революции (романы «Девяносто третий год» В.Гюго и «Марсельцы» Ф.Гра), наконец, третья — создание новых произведений советскими авторами (например, трагедия А.Н.Толстого «Смерть Дантона» и «Робеспьер» Ф.Ф.Раскольникова).
Все три эти возможности были использованы советским театром. Но на этом пути — пути прямой апелляции к истории, проблематике, опыту великой революции XVIII в. — молодой советский театр ждали отнюдь не только победы, его подстерегали и серьезные поражения. Далеко не все деятели театра умели, руководствуясь политическим тактом, правильно выбрать произведение, нередко они крайне упрощенно понимали формулу «созвучия революции» и ставили пьесы, весьма поверхностно связанные с подлинным содержанием революции 1789 г. или же вызывавшие слишком прямолинейные ассоциации. Успех же или неудача спектакля о Великой французской революции, оставался ли он эпизодом в жизни того или иного театра или становился событием сезона, почти всегда определялись не достоинствами или слабостью литературного материала, не одаренностью режиссера и исполнителей, не жанром спектакля, а его политическим содержанием и соотношением этого содержания с идейной атмосферой дня.
Премьера первого спектакля о Великой французской революции состоялась в Москве 9 октября 1918 г. на сцене старейшего русского театра — театра Ф.А.Корша, поставившего драму немецкого писателя Г.Бюхнера «Смерть Дантона» в инсценировке А.Н.Толстого. Как говорилось выше, редакция А.Н.Толстого и спектакль вызвали споры политического характера и подверглись резкой критике как не соответствующие Октябрю 1918 г.— первой годовщине победившей пролетарской революции, нуждавшейся в боевом, героическом, жизнеутверждающем искусстве. Спектакль не удержался в репертуаре.
Москва первой обратилась к пьесе о Французской революции и первой показала спектакль по этой пьесе, но потерпела поражение, и честь создания на советской сцене подлинно революционного спектакля принадлежит Петрограду — колыбели революции и главному очагу художественной и театральной культуры. Признание и успех этого спектакля связаны прежде всего с безошибочным выбором пьесы — исторической драмы Ромена Роллана «Четырнадцатое июля». Эта драма с ее огромным революционным зарядом, романтикой, грандиозными массовыми сценами более всего удовлетворяла тогдашние представления о революционно-героическом театре. Режиссер и актер А.А.Мгебров, организатор и руководитель нового театра «Художественная Арена Петропролеткульта», первым в России обратился к «Четырнадцатому июля» (возможно посоветовавшись с А.В.Луначарским) и уже в июле-августе 1918 г. начал репетиции в своем театре. А.А.Мгебров справедливо полагал, что дата «14 июля» ничего не скажет новому зрителю, и поставил пьесу как «Взятие Бастилии» — под этим названием она затем издавалась и вошла в репертуар других театров Р.Роллан, «Взятие Бастилии». Портрет А.А.Мгеброва.
Спектакль А.А.Мгеброва имел оглушительный успех. Мгебров, участник революции 1905 г., своим чутьем революционера и талантливого театрального деятеля верно понял роль театра в послеоктябрьские дни, он считал, что сейчас в театре главное — политическая платформа и не отдельный, а коллективный герой. Героем его спектакля стал революционный народ, а центром спектакля — массовые сцены, в которых участвовало 150 человек. Сыгранный на огромном творческом подъеме юными актерами полулюбительской, полупрофессиональной труппы, спектакль захватывал аудиторию своим энтузиазмом, заражал своим воодушевлением. Присутствовавшие переставали чувствовать себя зрителями, они становились как бы соучастниками действия, сливаясь с революционной массой на сцене. В этом была сила постановки Мгеброва и причина его успеха. Один из очевидцев позже писал о воздействии спектакля: «Масса справляла празднество революции». В памяти Е.Ф.Книпович, присутствовавшей на репетициях и на премьере 6 ноября 1918 г., спектакль также остался как часть общего великого, веселого и молодого праздника. На одном из митингов после спектакля зрители-красноармейцы приняли резолюцию, в которой просили советское правительство «наградить Р.Роллана боевым орденом за то, что герои его пьесы помогли Красной армии отстоять дело революции в России». Известно, что Петроградский совет приглашал Р.Роллана посмотреть «Взятие Бастилии» в постановке А.А.Мгеброва, но поездка не состоялась.
За первой постановкой Мгебровым в 1918 г. «Взятия Бастилии», нашедшей столь широкий отклик в рабочих и красноармейских массах, последовали другие ее постановки, и с 1920 г. пьеса обошла все большие сцены Петрограда, а также была поставлена в ряде крупных городов России: в Самаре, Харькове, Великих Луках и пр. В работе над этими спектаклями проявили себя молодые таланты. Так, в Харькове для постановки «Бастилии» в Драматическом театре летом 1920 г. музыку написал начинающий двадцатилетний композитор И.О.Дунаевский, а в Великих Луках режиссером пьесы и художником выступил двадцатидвухлетний Сергей Эйзенштейн.
С.М.Эйзенштейн рано соприкоснулся с историей и культурой Франции. В 10 лет он побывал в Париже, в 12 лет читал «Историю французской революции» Ф.Минье. В марте 1918 г. Эйзенштейн вступил в Красную армию и в сентябре выехал с эшелоном на северо-восточный фронт. В Великих Луках с любительской группой при штабе 15-й армии он поставил весной 1920 г. два спектакля на материале Великой французской революции: «Взятие Бастилии» и «Марат».
О «Взятии Бастилии» Эйзенштейна не выявлены воспоминания современников, зато сохранились его эскизы декораций и наброски афиш. На одной из афиш читается дата спектакля 6 мая 1920 г. В эскизах, изображающих внешний вид Бастилии или ее внутренний двор, молодой художник подчеркивает мощь и неприступность крепости-тюрьмы, не устоявшей перед восставшим народом.
С.М.Эйзенштейн. Эскизы декораций к спектаклю «Взятие Бастилии» . С.М.Эйзенштейн. Эскизы декораций к спектаклю «Взятие Бастилии» . С.М.Эйзенштейн. Эскизы декораций к спектаклю «Взятие Бастилии» . С.М.Эйзенштейн. Эскизы декораций к спектаклю «Взятие Бастилии»
Несмотря на многие постановки, возможности драмы Роллана не казались исчерпанными, и в 1920 г. В.Э.Мейерхольд задумал грандиозное театрально-цирковое представление силами красноармейцев к годовщине Октября, но его планы не были реализованы. В 1921 г. этой пьесой в рабочем районе Петрограда открылся новый Лиговский драматический театр. Открытие его было приурочено к годовщине взятия Бастилии — 14 июля. Зрители с воодушевлением принимали спектакль.
Пьеса Роллана при всей ее популярности не могла, конечно, насытить потребность нового театра в революционном репертуаре. Необходимы были пьесы советских авторов на революционную тематику. Среди первых таких советских пьес две были написаны на материале Великой французской революции: «Дантон» М.Е.Левберг и «Марат» А.Амнуэля.
Драма «Дантон» молодой поэтессы и драматурга Марии Левберг — в числе самых первых советских пьес на революционную тему. Ее постановка связана с ранним периодом работы Большого драматического театра — первого театра, организованного в революционном Петрограде по инициативе М.Ф.Андреевой, М.Горького и А.В.Луначарского. В создании спектакля участвовали режиссер К.К.Тверской, художник М. В.Добужинский, молодой, только что принятый в театр композитор Ю.А.Шапорин. В главной женской роли — подруги Дантона согласилась выступить М.Ф.Андреева.
На премьере 22 июня 1919 г. присутствовали М.Горький, М.Ф.Андреева, А.А.Блок, Л.Д.Блок, М.В.Добужинский. а, также писатель и критик М.А.Кузмин — автор единственной рецензии на спектакль. По его словам, премьера «произвела большой театральный эффект». А.Блок пометил в записной книжке: «Автора вызывали, поднесли букет роз».
«Дантон» прошел 14 раз. Отзывы о пьесе и спектакле были противоречивы. Пьеса не издавалась, содержание пьесы можно примерно восстановить по литературным источникам. Действие происходит летом 1792 г., когда Национальное собрание объявляет лозунг «Отечество в опасности» и Дантон выступает как организатор обороны Франции. Против него замышляется заговор, но заговорщики — офицер-эмигрант и бывшая графиня, ставшая владелицей таверны, — отступают перед убийством героя и патриота.
М.Горький, рекомендовавший пьесу к постановке, М.Ф.Андреева и А.А.Блок подходил к оценке пьесы с политических позиций. Блок назвал пьесу молодого автора прекрасной потому, что видел в ней попытку осознать и осмыслить свое время. «Великая французская революция, — писал поэт, — только обрамление, только фата истории, прихотливо накинутая на то, что мы ощущаем как свое, как близкое нам». Проецируя пьесу на современность, Блок как бы сопоставлял Францию, окруженную войсками держав коалиции, с Советской Россией, на которую со всех сторон наступали враги. В победе революционной армии, одним из организаторов которой был Дантон, поэт провидел и победу Советской России — т.е. неизбежность торжества нового над старым как проявление незыблемого закона истории. Как говорилось выше, А.А.Блок в 1921 г. опубликовал о спектакле заметку «Дантон».
Существовала и другая точка зрения. Театровед С.Мокульский оценивал пьесу отрицательно, как представлявшую Французскую революцию в плоском и наивном освещении. Поэт М.А.Кузмин, не отрицая таланта автора, упрекал пьесу в отсутствии исторического колорита и духа времени. Оба критика исходили из критериев, традиционных при оценке произведения на исторический сюжет, не улавливая, что речь идет не о простом воспроизведении исторических событий и тем более не об иллюстрации к ним. Традиционность подхода сказалась и в оценке Кузминым оформления спектакля, выполненного по эскизам М.В.Добужинского. Кузмин с похвалой отозвался о приятных декорациях, тактичных и тщательных, где соблюдалась верность историческим деталям.
Художественный облик спектакля, хотя мы можем судить о нем лишь по одному эскизу декорации и одному эскизу костюма (другие материалы — 2 эскиза декораций и 12 эскизов костюмов — находятся за пределами Советского Союза), обладал, безусловно, высокой зрелищной культурой. Эскиз декорации «Таверна» М.В.Добужинский. Эскиз декорации к I действию спектакля «Дантон» к первому акту тонко разработан по цвету, изящен, красив, но, если бы не эмблемы Французской революции на стенах, наверное, нелегко было бы угадать, что здесь развертываются суровые события Великой революции. Причина такого традиционного решения исторического спектакля не только в индивидуальности художника, в общем далекого от революции, но и в трудностях, с которыми сталкивались театральные художники тех лет в своих поисках художественных средств для выражения нового содержания.
О других постановках драмы «Дантон» М.Е.Левберг никаких сведений нет.
Гораздо удачнее сложилась судьба другой новой пьесы — «Марат» Антона Амнуэля, — написанной в мае 1919 г. и тотчас же напечатанной в журнале «Грядущее».
Действие этой короткой одноактной пьесы происходит на другой день после 24 июля 1790 г., когда Марат, поглощенный изданием газеты «Друг народа», вынужден скрываться от преследований своего злейшего врага — маркиза Лафайета. Марат нашел приют у Марты, вдовы наборщика, которая прячет его в полутемном сыром подвале. Марат — смертельно усталый и больной, но стойкий и мужественный человек. Он щедр: отдает последние пять ливров старику Тювашу, выгнанному хозяином. Он благороден: выходит из своего убежища, услышав, что Марте грозят расстрелом, если она его не выдаст. Он прозорлив: предсказывает бегство короля.
Кульминация пьесы — сцена ареста Марата графом Горежевилем и тремя национальными гвардейцами. Марат обращается к солдатам с короткой, но пламенной речью, и они бьют и прогоняют графа. Слова Марата: «Солдаты! Разве вы не дети народа? А вас заставляют душить своих братьев и отцов» и т.д. — звучали в те дни в высшей степени актуально для зрителей — рабочих и красноармейцев.
В пьесе содержался и другой призыв. Марат, оратор и трибун, революционер и политик, удерживал солдат от убийства графа. Он мудро предостерегал их от напрасного кровопролития: «Убийство в слепом гневе унижает честь свободного народа. Мы не хотим бессмысленного и яростного убийства». Марат призывает к оружию, но оговаривает: оно должно быть обращено против короля, богачей и иноземцев.
Призывы и лозунги Марата точно отвечали настроениям и чаяниям зрителя, и, несмотря на схематизм и прямолинейность образов, заданность характеров и пр., пьеса с ее явной агитационной направленностью и публицистичностью встречала у зрительного зала самый горячий прием. Она удовлетворяла тягу к положительному, благородному герою-революционеру и говорила понятным и доступным новому неискушенному зрителю языком — языком современного агитационного театра. Неудивительно, что пьеса стала одной из самых ходовых; с 1919 г. она широко шла по стране, игралась на разных сценических площадках самыми разными труппами, на севере и юге, везде собирая тысячи зрителей и пользуясь шумным успехом. Пьеса «Марат» выдержала два издания: в 1920 г. в Гомеле, в 1921 г. в Архангельске.
В марте 1920 г. в Великих Луках «Марата» Амнуэля поставил Сергей Эйзенштейн (еще до «Взятия Бастилии»). Возможно, это был самый первый спектакль великого режиссера. Эйзенштейн сам оформлял постановку. Точно следуя авторским указаниям, он сделал эскиз декорации жилища Марата — сводчатого мрачного подвала с маленькими окнами под самым сводом. Тут же наброски персонажей пьесы: Марта, граф, сам Марат. Всего рисунков Марата три. Это как бы разные стороны образа, проявляющиеся по ходу пьесы. На одном Марат стоит, засунув руки в карманы, задрав голову, в вызывающей задиристой позе, — это он, выйдя из убежища, дерзко и гордо заявляет: «Я — Марат! Я — Друг народа!» На другом Марат, подняв руку, произносит речь — здесь художник вдохновлялся кульминационной сценой, когда Марат-оратор агитирует солдат. Третий рисунок — эскиз костюма Марата (бесстрашного и независимого) на отдельном листе, проработанный более тщательно. На отдельном листе и эскиз костюма Тюваша, сгорбленного, немощного, опирающегося на палку старика, — его играл 22-летний Эйзенштейн. Рисунки легки, выразительны, линия свободна и гибка. Эскизы костюмов подписаны «Siergay» и датированы 4 и 9 марта 1920 г.
С.М.Эйзенштейн. Эскизы декораций и костюмов к спектаклю «Марат» . С.М.Эйзенштейн. Эскизы декораций и костюмов к спектаклю «Марат»
«Взятие Бастилии» в Литовском театре в 1921 г. — последний спектакль о Великой французской революции. После 1921 г. ослабевает первая волна интереса театра к Французской революции. Этот спад объясняется, с одной стороны, лишь частичными удачами постановок на данную тему, с другой, появлением новых пьес — о Великой Октябрьской революции. В 1925—1927 гг. созданы «Шторм» В.Н.Билль-Белоцерковского, «Дни Турбиных» М.А.Булгакова, «Любовь Яровая» К.А.Тренева, «Разлом» Б.А.Лавренева, «Бронепоезд № 14-69» В.В.Иванова. В преддверии 10-летия Октябрьской революции сложности с репертуаром опять возросли, и два столичных театра снова обратились к истории Великой французской революции. МХАТ 2-й остановил свой выбор на все той же драме Р.Роллана «Взятие Бастилии», Камерный театр готовил новую пьесу драматурга и писателя М.Ю.Левидова «Заговор равных».
Историческая хроника «Заговор равных» — первая в мировой драматургии пьеса о Гракхе Бабёфе. Выбрав ее для постановки к 10-летию Октября, театр, впервые выводя на сценические подмостки героев первой попытки коммунистического переворота, намеревался также отметить 130-летие со дня казни Бабёфа и Дарте.
Время действия пьесы 1797 г. Главный герой — Гракх Бабёф. Персонажи: Дарте, Буонарроти, Баррас, Бонапарт. В пьесе действуют три силы: санкюлоты, парижская беднота; Директория во главе с Баррасом; новая нарождающаяся сила — Бонапарт. Идея пьесы — призыв к массам собственными силами освободиться от гнета и рабства.
Режиссер Камерного театра А.Я.Таиров серьезно изучал материалы эпохи, он работал с коллекциями Музея К.Маркса и Ф.Энгельса и в июне 1927 г. ездил в Париж разыскивать документы о Бабёфе. Подготовка спектакля широко освещалась в театральной прессе. Судьба его, однако, сложилась драматично. Премьера 8 ноября 1927 г. осталась единственным показом «Заговора равных». Пьеса М.Ю.Левидова не понравилась И.В.Сталину. Спектакль был снят.
Внешнюю, зрительную форму спектакля, о пластической отточенности которой Камерный театр всегда очень заботился, можно приблизительно представить по эскизам костюмов молодого тогда художника В.Ф.Рындина. Все 11 картин пьесы разыгрывались на одной установке, разработанной Рындиным, т.е. менялись картины, но не декорации. Роль костюма возрастала. Костюм вносил ощущение эпохи и нес основную нагрузку в цветовом решении спектакля. Пятьдесят эскизов костюмов выполнены в одном стиле. Это четко очерченные, слегка вытянутые фигуры; близкие к геометрическим формы и крупные плоскости коричнево-серого цвета одежд образовывали строго ритмический общий рисунок, облекавший идею спектакля в суровую, лаконичную форму.
В.Ф.Рындин. Эскизы костюмов к спектаклю «Заговор равных» . В.Ф.Рындин. Эскизы костюмов к спектаклю «Заговор равных» . В.Ф.Рындин. Эскизы костюмов к спектаклю «Заговор равных» . В.Ф.Рындин. Эскизы костюмов к спектаклю «Заговор равных» . В.Ф.Рындин. Эскизы костюмов к спектаклю «Заговор равных» . В.Ф.Рындин. Эскизы костюмов к спектаклю «Заговор равных» . В.Ф.Рындин. Эскизы костюмов к спектаклю «Заговор равных» . В.Ф.Рындин. Эскизы костюмов к спектаклю «Заговор равных» . В.Ф.Рындин. Эскизы костюмов к спектаклю «Заговор равных»
Другой спектакль о Великой французской революции — «Взятие Бастилии» Р.Роллана во МХАТе 2-м — стал среди юбилейных спектаклей одним из самых заметных, но отнюдь не своим успехом у зрителей, хотя он был, а единодушно отрицательной оценкой критиков. Сценическое воплощение «Взятия Бастилии» упрекали в главном - в отсутствии революционного духа, или, как тогда выражались авторы рецензий, за то, что в нем было «мало революционного впечатления». Декламационность, десять лет назад легко зажигавшая зрителей на спектаклях А.А.Мгеброва, сейчас казалась пустозвонством, революционные лозунги, которые когда-то подхватывали красноармейцы и рабочие, воспринимались как декларативные выкрики, а в пушке, которую в 1918 г. тащили на штурм бутафорской крепости под восторженные крики зала, язвительный критик 1927 г. усмотрел карикатуру на самое революцию.
Все же в статьях о спектакле чувствуется некоторая растерянность их авторов, которые, анализируя постановку, не могли нащупать основную причину неудачи и сбивались на частности. Например, режиссера упрекали в неправильном расположении на сцене толпы: не группами, подчеркивая глубину сцены, а в виде движущегося барельефа, как бы срезанного рампой, что лишало толпу, т.е. народ, активного действия и не давало вырваться народному гневу. Не находя более глубокой причины неудачи, критики сосредоточили свой пафос на отрицании достоинств литературного источника — пьесы Роллана— и сошлись на том, что пьеса вообще не давала материала для создания революционного спектакля. Естественно, режиссера В.С.Смышляева, участника баррикадных боев в Москве в октябре 1917 г., обвиняли в непонимании революции.
Неудачу спектакля можно было предвидеть. «Взятие Бастилии» выбрали за революционный пафос, за его атмосферу, напоминавшую предоктябрьскую и предвещавшую свержение власти. Но обстоятельства изменились, шел не 1918-й и не 1921-й, а 1927 г., и призывы к народному восстанию и сокрушению Бастилии — старого мира — уже утратили актуальность, они не находили и не могли найти живого отклика. Как ни старались режиссер и исполнители, действия народа на сцене выглядели слишком спокойными, атмосфера революционного подъема не возникала. Спектакль на историческую тему, особенно на тему революционную, лишь тогда обретал полноценное звучание, когда театр чутко реагировал на политические и идеологические проблемы дня, сама же по себе историческая достоверность в передаче эпохи, какой бы скрупулезной она ни была, не гарантировала настоящего успеха.
Спектакль «Взятие Бастилии» остался в репертуаре: по общему мнению, он получился ярким, красочным, зрелищным. Музыка композитора Крюкова, декорации Б.А.Матрунина, костюмы, скопированные с рисунков и гравюр эпохи, вызвали много похвал. Внешняя красота спектакля заслонила, более того, подавила главное — революционный, бунтарский дух, дух восстания.
Б.А.Матрунин. Обложка буклета к спектаклю «Взятие Бастилии» . Б.А.Матрунин. «Баррикада» . В.П.Комарденков. «На Бастилию!»
В конце 20-х годов театры, осваивавшие историю Великой французской революции, терпели неудачу. В начале 30-х годов успех сопутствовал трем постановкам: драме Ф.Ф.Раскольникова «Робеспьер» и двум балетам — «Карманьола» В.А.Фемелиди и «Пламя Парижа» Б.В.Асафьева.
Самым значительным из всех драматических спектаклей о Великой французской революции стал спектакль Ленинградского театра драмы по пьесе Ф.Ф.Раскольникова «Робеспьер», поставленный режиссером Н.В.Петровым и оформленный художником Н.П.Акимовым. Премьера состоялась 12 февраля 1931 г. Ю.А.Шапорин. Музыка к спектаклю «Робеспьер»
Пьеса Раскольникова посвящена гибели якобинской диктатуры. Действие пьесы заключено в точные хронологические рамки: оно начинается утром 20 прериаля II г. (8 июня 1794 г.), в день праздника в честь Верховного существа и завершается 10 термидора (28 июля 1794 г.), в день казни якобинских вождей.
Раскольников превосходно знал историю Великой французской революции и тщательно работал над пьесой. Он читал рукопись в театре, на фабриках и заводах, выверяя текст на этих читках и меняя его в процессе работы. Раскольников дал в пьесе исторически верную картину якобинского периода революции, сопроводив ее анализом социальных, политических, экономических причин гибели якобинцев (расправа с «бешеными» и эбертистами, вопрос о максимуме, изоляция вождей и пр.). Самый выбор темы приобретал у Раскольникова иной, чем у других авторов, смысл. Робеспьер стал героем трагедии потому, что в его личности и судьбе сконцентрировались острейшие противоречия буржуазной революции, а из его поражения вытекали убедительные уроки для революционеров будущего. В трагедии не звучали ноты обреченности или фатализма, а присутствовал лишь объективный ход исторического процесса. Одни герои гибли — появлялись другие персонажи истории. Из окна ратуши Сен-Жюст и Робеспьер видели среди осаждавших молодого генерала Бонапарта, а бедные ремесленники назвали имя Гракха Бабёфа как своего защитника и вождя. Народ не занимал в пьесе Раскольникова того места, которое отводили ему Г.Бюхнер и А.Н.Толстой, но он присутствовал как высший судия, который как бы от имени истории выносил приговор происходящему. Ремесленники, олицетворявшие народ, произносили финальные фразы: «Это была не наша власть... Мы еще придем. И мы придем победителями».
Произведение Раскольникова явилось — и это сразу было отмечено тогдашней критикой — принципиальной победой в решении важнейшей задачи-созданий историко-революционной драмы, где бы исторический процесс осмысливался с позиций диалектического материализма. Значение пьесы заключалось и в том, что автор как истинный революционер, задумывавшийся над уроками истории, правильно находил точки соприкосновения прошлого и настоящего и в конкретном историческом событии выявлял те тенденции, которые лучше помогли бы разобраться в проблемах современности.
Неоспоримые идейно-политические достоинства пьесы «Робеспьер» не могли все же заслонить ее слабые стороны, а именно разрыв между глубоким содержанием и его драматургическим воплощением. Талантливый литератор, Раскольников не обладал крупным драматургическим дарованием и не всегда мог в полной мере развернуть сценическое действие. Более всего, на наш взгляд, это сказалось в последнем акте пьесы. Первых три акта написаны с полной исторической достоверностью вплоть до отдельных реплик действующих лиц. В четвертом акте в сцене в Ратуше автор дважды отступает от исторической точности. Среди осаждающих находится генерал Бонапарт — оправданный и логичный ход. Среди осажденных находятся столяр Дюпле и его дочери Элеонора и Елизавета — прием, допустимый в художественном произведении. Нам, однако, кажется, что Раскольников недостаточно убедительно разработал драматическую ситуацию этой сцены, и все происходящее: ранение и арест Робеспьера, самоубийство Леба, горе обеих сестер и пр., — не свободное от налета мелодрамы, не поднимается до высокой трагедии, ослабляя общий эффект финала.
Показательно суждение об этой стороне пьесы И.Н.Певцова. Певцов — выдающийся актер своего времени, обладавший огромной творческой волей, аналитическим складом ума и редким даром показывать на сцене мысль, а не только эмоции, был словно предназначен для роли Робеспьера. Певцов чувствовал обаяние эпохи, понимал характер Неподкупного, которого он называл «аррасская свеча» или «вдохновенный педант», но в период подготовки спектакля признавался, что роль давалась ему с трудом — ему не хватало драматургического материала. Тем не менее исполнение роли Робеспьера было сочтено интересным и значительным. Самое же ошеломляющее впечатление производили декорации Н.П.Акимова, изобретательно соединившего приемы монтажа с приемами иллюзорной декорации, а сцена в Конвенте навсегда осталась в памяти тех, кто видел спектакль.
Члены Конвента выносили приговор Робеспьеру вставанием, и короткую ремарку автора «Все, кроме Робеспьера и его друзей, встают» Акимов превратил в грандиозное зрелище, уникальное по своему воздействию на зрителей.
На фоне черного бархата, натянутого на раму, вырисовывались пудреные парики, белые жабо, розовые лица депутатов, сидевших группами или рядами. Депутаты один за другим, кто медленно, кто быстро, поднимались со своих мест, пока не вставал весь Конвент от первых рядов с крупными фигурами депутатов до последних, где фигуры уменьшались в размере. Депутатов изображали не актеры — это были куклы, вмонтированные в черный бархат, и, когда они, завершив свое механическое движение, заполняли всю сцену, потрясенные зрители постигали весь ужас и весь трагизм дня 9 термидора. Н.П.Акимов. Сцена голосования в Конвенте
«Робеспьер» в Театре драмы не вызвал хора похвал, но все, писавшие о нем, признали, что он завоевал новые позиции в создании исторического спектакля и наметил новые пути в развитии советского театра. «Робеспьер» был последней крупной постановкой драматического театра на тему Великой французской революции, новые достижения и успехи в освоении этой темы принадлежат музыкально-балетному театру.
В.А.Фемелиди Владимир Фемелиди (1905—1931), талантливый украинский композитор, работавший в Одессе, едва ли не первым ввел в балетный жанр революционную тематику. Его «Карманьола» — во многом новаторское произведение, где молодой композитор сумел создать величественный образ революционного народа и революционного действия. Мелодии революционных песен органично вплетены в музыкальную ткань балета, в который Фемелиди ввел хор, декламацию и пантомиму. О музыке балета сохранились очень лестные отзывы. Д.Д.Шостакович, лично знавший Фемелиди, писал о нем: «Он обладал очень большим композиторским дарованием. В его балете «Карманьола» много прекрасной музыки... Советская музыка в его лице потеряла выдающегося композитора». И.И.Соллертинский, знаток мирового музыкального театра, специально занимавшийся музыкой Великой французской революции, находил музыку «Карманьолы» более оригинальной, чем музыку Б.В.Асафьева в «Пламени Парижа».
В «Карманьоле» действие происходит в 1789 г. Девушка Карманьола, именем которой назван балет, ставшая народной героиней, и Камиль Демулен в саду Пале-Руаяля призывают народ к восстанию. Балет заканчивается штурмом крепости и победным апофеозом.
Программа синтетического представления «Карманьола» . Афиша хорео-спектакля «Карманьола» . В.А.Фемелиди. Музыка к балету «Карманьола» . В.А.Фемелиди. Музыка к балету «Карманьола» . В.П.Комардёнков. Эскиз декорации к спектаклю «Карманьола»
«Карманьола», впервые поставленная в 1930 г. в Одессе в Театре оперы и балета, шла с неизменным успехом на многих сценах страны. В Москве «Карманьолу» показывал Художественный театр балета под руководством известной балерины и балетмейстера Викторины Кригер как «хорео-спектакль революционной героики и социальной сатиры».
«Карманьола» Фемелиди была первым крупным успехом советского музыкально-балетного театра, работавшего над революционной тематикой, и повлияла на дальнейшее развитие революционной темы в балетном искусстве. Так, Ленинградскому театру оперы и балета разные авторы предлагали либретто балетов на сюжеты из истории Великой французской революции, но ни одно из них не было реализовано. Приближение 15-й годовщины Октябрьской революции заставило вернуться к этой тематике, и Театру оперы и балета, как юбилейный спектакль к ноябрьским торжествам 1932 г., был заказан балет «Пламя Парижа».
Либретто написали драматург и театровед Н.Д.Волков и театральный художник В.В.Дмитриев по мотивам романа французского писателя Ф.Гра «Марсельцы», неоднократно издававшегося в советское время. Либретто представляло собой своего рода музыкально-исторический роман, в центре которого героические события лета 1792 г.: легендарный поход отряда марсельцев в Париж и взятие Тюильри. Музыка балета была заказана Б.В.Асафьеву, для которого тема Великой французской революции не была новой. Еще в 1918 г. он сочинил первый советский балет — одноактную «Карманьолу», исполнявшуюся в рабочих клубах Петрограда в первую годовщину Октября. Музыка балета «Пламя Парижа» — творческий сплав музыки композиторов XVIII в., революционных песен, народных танцев — всего музыкального богатства эпохи с музыкой, сочиненной композитором в стиле XVIII в. В партитуру балета Асафьев привнес и героико-патетические бетховенские интонации и, как и Фемелиди, ввел в балет хор.
Б.В.Асафьев Б.В.Асафьев, молодой балетмейстер В.И.Вайнонен, весь талантливый коллектив постановщиков и исполнителей добились того, в чем потерпели поражение драматические театры в 1918 г. («Смерть Дантона») и в 1927 г. («Взятие Бастилии»). В балете «Пламя Парижа» не было ни бунтующей черни, ни вооруженной толпы, ни наряженных парижан, а был восставший народ, совершавший революционное действие — штурм Тюильри — и ставший главным героем спектакля. Афиша балета Б.В.Асафьева «Пламя Парижа»
Эффектная сценография В.В.Дмитриева, противопоставившего пышное великолепие Версаля и медлительность придворной жизни В.В.Дмитриев. «Версаль» живописным народным сценам и революционному порыву народа В.В.Дмитриев. Эскиз декорации к 3-му действию балета «Пламя Парижа», усиливала непримиримость столкновения двух враждебных сил.
Новаторская попытка средствами хореографического искусства решить на сцене героико-революционную тему увенчалась блестящим успехом. В спектакле, пронизанном высокой революционной романтикой, рождался обобщенный художественный образ Великой французской революции, несший мысль о ее общечеловеческом значении. Современники столь высоко ставили творческую победу Ленинградского театра, что сравнивали «Пламя Парижа» на балетной сцене с «Броненосцем Потемкин» С.Эйзенштейна на экране.
Из всех спектаклей о Великой французской революции балет «Пламя Парижа» завоевал наибольшее признание. Балет ждала богатая сценическая жизнь. Впервые он был показан (третий акт — взятие Тюильри) 6 ноября 1932 г., одновременно в Ленинграде и Москве, после торжественных заседаний в честь 15-летия Октября. Премьера состоялась 7 ноября 1932 г. в Ленинграде, 6 июня 1933 г. в Большом театре в Москве. Затем балет был поставлен во всех крупных театрах страны, он несколько раз возобновлялся в Москве и Ленинграде. К 30-й годовщине Октябрьской революции Большой театр осуществил постановку «Пламя Парижа» в новой редакции. В 1947 г. балет «Пламя Парижа» был удостоен Государственной премии.


О разных постановках балета "Пламя Парижа" с либретто, фотографиями и рисунками.

- - -
ВЕЛИКАЯ ФРАНЦУЗСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ И РОССИЯ
Редакционная коллегия:
М.: Прогресс, 1989. 552 с., ил.
аннотация



связь времен

@темы: 18 век, 20 век, homo ludens, АРТеФАКТическое/иллюстрации, Великая французская революция, Германия, Гракх Бабеф, Дантон Жорж-Жак, Европа, Жан-Поль Марат, М.Робеспьер, Россия, Россия и Франция, Советский Союз, Термидор, Франция, дискуссии, имена, события, календарь, история идей, история искусств, история моды, источники/документы, либерализм, литературная республика, массы-классы-партии, новые публикации, они и мы, персона, полезные ссылки, предметы материальной культуры, революции, свобода-право-власть, скачать бесплатно, событие, социальная история, товарищам

21:12 

Великая французская революция в советской музыкальной жизни. 1917—1940 гг.

Eh voila
В действительности все не так, как на самом деле
библиотека Vive Liberta . apprendre par coeur



О колоссальной популярности «Марсельезы» уже после февральской революции говорит тот факт, что сборник «Марсельеза (Песни свободы)», изданный во Владикавказе тиражом 5 тыс. экземпляров, мгновенно разошелся и тотчас был переиздан Обложка сборника «. Этот сборник включал многочисленные варианты песни. Кроме «Рабочей Марсельезы», в него вошли крестьянская, солдатская, пролетарская «Марсельезы», а также «Песня пролетариев» Обложка сборника «Песни революции («Коммунистическая Марсельеза»)» («Мы Марсельезы гимн старинный на новый лад теперь споем») Обложка сборника «Песни революции».
Текст и ноты «Марсельезы» и «Карманьолы» выдержали множество изданий в разных городах в их французском оригинале и с русскими текстами, в обработке Ф.Листа «Марсельеза» Ф.Листа и советских композиторов Г.Г.Веревки и Д.И.Кабалевского «Карманьола».
«Марсельеза» и «Карманьола» не только исполнялись как песни или сопровождали открытие памятников. Они инсценировались, под их музыку ставились театрализованные живые картины. Как яркое художественное завоевание оценили современники инсценировку «Марсельезы» в постановке Л.H.Алексеевой, осуществленную Центральной студией московского Пролеткульта в сентябре 1919 г. Представление состояло из хореографических картин и пантомимы, исполненных «с высоким революционным подъемом» учениками студии — рабочими под музыку «Марсельезы» Ф.Листа (вариации на мотив французской песни).
Кроме текстов и нот двух этих бессмертных песен, одно за другим вышли два издания (1920 г. и 1922 г.) книги А.Овсянникова «Великая французская революция в песнях современников», а также монография Ж.Тьерсо «Песни и празднества французской революции» (1918 г. и 1933 г.) Обложки. Обе эти книги были в личной библиотеке В.И.Ленина, а труд Ж.Тьерсо, по воспоминаниям Бонч-Бруевича, Ленин выделил из многих названий «Книжной летописи» 1917—1919 гг.
Книга Ж.Тьерсо оказала самое прямое влияние на организацию в первые годы после Октября массовых революционных празднеств, проводившихся по всей стране. Например, руководитель театральной студии в г.Воронеже рассказал в своих воспоминаниях, что увлеченный театрализованными карнавальными шествиями в эпоху Французской революции, описанными Тьерсо, он к первой же годовщине Октября организовал представление-карнавал под названием «Сожжение гидры контрреволюции», которое имело исключительный успех и собрало 10 тыс. человек.
Позже, в начале 30-х годов, вышло академическое издание сборника «Песни первой французской революции», а также талантливая повесть «Две жизни Госсека» М.Гершензона.
Помимо революционных песен «Марсельезы» и «Карманьолы» и их разных обработок часто исполнялись также две увертюры французского композитора А.-Ш.Литольфа «Максимилиан Робеспьер» и «Жирондисты». Вся эта музыка входила в программу концертов-митингов, концертов, посвященных разным годовщинам, концертов-реквиемов памяти павших и т.д. и звучала в Петрограде, Москве, Кронштадте, в других городах, проникая в повседневную жизнь молодого Советского государства.
К 1919 г. относится интереснейшая попытка сочинения самостоятельного музыкального произведения о Великой французской революции. Композитор С.И.Потоцкий работал над оперой в двух картинах «Взятие Бастилии» по драме Р.Роллана. Отрывки прозвучали 14 сентября 1919 г. в концертном исполнении для красноармейцев. Как писал журнал «Вестник театров», ясная и четкая музыка хорошо принималась новым зрителем. Опера не была завершена и осталась первым и единственным в мировой практике, хотя, вероятно, и далеким от совершенства, опытом сочинения оперы о Великой французской революции. Советским же композиторам принадлежит честь создания двух замечательных, ставших знаменитыми балетов о Французской революции. Это «Карманьола» В.Фемелиди и «Пламя Парижа» Б.Асафьева (см. раздел о театре).

Также можно прочитать переводную книгу Анри Радиге "Французские музыканты эпохи Великой французской революции" и исследовательскую по сути и популярную по форме работу Р.А.Пельше "Нравы и искусство Французской революции".

- - -
ВЕЛИКАЯ ФРАНЦУЗСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ И РОССИЯ
Редакционная коллегия:
М.: Прогресс, 1989. 552 с., ил.
аннотация



Henry Charles Litolff (London, 1818 - Bois-Colombes, 1893)
Ouverture Maximilien Robespierre, op.55 (1856)



связь времен

@темы: 18 век, 20 век, homo ludens, АРТеФАКТическое/иллюстрации, Великая французская революция, Европа, М.Робеспьер, Россия, Россия и Франция, Советский Союз, Термидор, Франция, история идей, история искусств, история моды, источники/документы, массы-классы-партии, новые публикации, они и мы, персона, полезные ссылки, революции, свобода-право-власть, скачать бесплатно, событие, социальная история, товарищам

21:10 

Великая французская революция в книжной графике. 1917—1940 гг.

Eh voila
В действительности все не так, как на самом деле
библиотека Vive Liberta . apprendre par coeur



С 1917 по 1922 г. с поистине удивительной оперативностью были выпущены на дешевой бумаге в сокращенном, упрощенном виде, приспособленном для едва приобщившегося к литературе читателя, почти все художественные произведения французской, английской, немецкой литературы о Великой французской революции: «Смерть Дантона» Г.Бюхнера, «Повесть о двух городах» Ч.Диккенса, «Девяносто третий год» В.Гюго, «Боги жаждут» А.Франса, драмы «Театра революции» Р.Роллана вплоть до пьес «Мадам Легро» Г.Манна и даже «Зеленый какаду» австрийца А.Шнитцлера.
Эти тоненькие, похожие на брошюрки книжечки, так же как, впрочем, и толстые тома, выходившие во вновь образованном издательстве «Всемирная литература», выпускавшем мировую классику в полном объеме, выходили без всякого художественного оформления, не имея ни иллюстраций, ни каких-либо изображений на обложке. Положение изменилось в 1923 г., когда Госиздат приступил к выпуску серии «Изба-читальня», куда вошли лучшие произведения русской и мировой литературы, в том числе романы о Великой французской революции. Для серии «Изба-читальня», рассчитанной на массовую аудиторию, произведения сокращались, нередко просто пересказывались, чтобы придать им форму, доступную неискушенному читателю. В таком же виде выпускалась художественная литература издательством «Красная новь». К этой работе привлекались талантливые литераторы, так, например, «Марсельский батальон» Ф.Гра вышел в переложении М.Зощенко, а «Девяносто третий год» В. Гюго - М.Л.Слонимского.
Книжки имели единый формат и объем и художественно оформлялись ведущими художниками-графиками тех лет. Над романами о Французской революции работали Д.И.Митрохин, В.Д.Замирайло, В.С.Сварог, Е.В.Сафонова, и их работы стали, по сути, первыми советскими книжными иллюстрациями к истории Французской революции. Художники обычно красочно разрабатывали обложку, стараясь максимально выразительно использовать узкую шкалу красок, бывшую тогда в распоряжении типографий, и кратко и броско в сюжетном или орнаментально-декоративном рисунке передать содержание книги. С патриотическим и героическим сюжетом романа Ф.Гра согласуется неистовый натиск марсельцев на обложке работы В.С.Сварога Обложки. Романтическому строю повествования романа В. Гюго соответствуют красные молнии, пронзающие белое поле листа, и крупных очертаний буквы на обложке работы Д.И.Митрохина. Из текстовых иллюстраций, слишком привязанных к фабуле, выделяется «Лист вождей» работы Д.И.Митрохина в романе В.Гюго Обложки.
В конце 20-х — начале 30-х годов достижения книжной графики на материале Французской революции связаны с изданием научной и исторической, а не только художественной литературы. Шедевр книжной продукции тех лет — академическое издание 1934 г. сборника «Песни первой Французской революции», в элегантной лаконичной манере оформленного М.В.Маториным, выполнившим суперобложку, титулы и заставки М.В.Маторин. Суперобложка сборника «Песни первой Французской революции» Обложка книги А.Овсянникова «Великая французская революция в песнях современников». Маторин, обладавший тонким чувством стиля, вводит в свои графические миниатюры эмблематику революции, тактично выявляя политическое содержание и боевой дух книги.
Очень интересно оформление А.Д.Гончаровым повести для юношества «Две жизни Госсека» М.Гершензона о знаменитом композиторе Французской революции Франсуа Жозефе Госсеке, республиканце и патриоте. Госсек, автор «Песни 14 июля», «Скорбного марша», симфоний и опер, до 9 термидора руководил музыкальным сопровождением революционных празднеств на улицах и площадях Парижа с участием тысяч исполнителей А.Д.Гончаров. Фронтиспис к повести М.Гершензона «Две жизни Госсека». В великолепном фронтисписе Гончарова Госсек увлекает своей героической музыкой музыкантов и слушателей и во главе народного шествия выходит за рамки фронтисписа на площадь титульного листа, подчиняя себе все пространство разворота.
Художник С.М.Мочалов, сделавший в 1929 г. обложку книги С.М.Мочалов. Обложка книги «Переписка Робеспьера» «Переписка Робеспьера», первым наметил тип портрета Робеспьера как вдохновенного трибуна и оратора, надолго закрепившийся в книжной графике и повторявшийся с разными вариациями многими художниками. Отзвуки этого образа видны, например, во фронтисписе Е.И.Когана к «Робеспьеру» Р.Роллана, переизданному к 150-летию Французской революции, и еще более в литографии К.И.Рудакова к той же драме. Уйти от этого стереотипа сумел лишь Н.П.Акимов с его парадоксально-иронической манерой и новизной приемов Н.П.Акимов. «Робеспьер». Фронтиспис к драме Ф. Раскольникова «Робеспьер».
В 1933 г. Ю.И.Пименов выполнил два листа «Очередь» и «Вязальщица» к роману «Боги жаждут», но они не вошли ни в одно его издание.
Самый конец 30-х годов в преддверии 150-летия Великой французской революции отмечен двумя иллюстративными сюитами маститых мастеров Т.А.Мавриной к роману А.Франса (1937 г.) и К.И.Рудакова к однотомнику «Театр революции» Р.Роллана (1940 г.).
Легкий, быстрый набросочный рисунок Мавриной, акцентирующей поворотные моменты романа, при всем его изяществе передает и ликование толпы в «Триумфе Марата» Т.А.Маврина. «Триумф Марата», и драматизм гибели героя в листе «Путь на эшафот» Т.А.Маврина. «Путь на эшафот».
К.И.Рудаков работал над циклом Роллана в 1938—1939 гг., уже имея европейскую известность как иллюстратор французской классики XIX в. Художник, не бывавший во Франции, но хорошо знакомый с французской культурой, безусловно, владел историческим материалом и по крайней мере в четырех листах из пяти, включенных в книгу (всего Рудаков выполнил более десяти листов), убедительно воплотил политический накал и героику Роллана.
Рудаков был признанным мастером цветной литографии, и его мягкие по цвету листы с их уплотненной композицией и цветовым единством отличаются пластической завершенностью и цельностью. Фронтиспис «Взятие Бастилии» K.И.Рудаков. «Взятие Бастилии» и два композиционных исторических портрета «Робеспьер на трибуне» K.И.Рудаков. «Робеспьер на трибуне» и «Речь Дантона в революционном трибунале» K.И.Рудаков. «Речь Дантона в революционном трибунале», хотя они не нарушают традиционный круг сюжетов, могут рассматриваться и в отрыве от текста, как самостоятельные произведения, интерпретирующие историческое событие. Особенно хорош у Рудакова Дантон с его львиным обликом и яростной энергией, данный крупным планом и противопоставленный маленьким, рассеянным по рядам фигуркам судей, выносящим ему приговор. Все же, при всех достижениях Рудакова, его иллюстративный цикл может оцениваться как частичная удача не только потому, что он ни в коей мере не исчерпывает всего богатства и глубины содержания «Театра революции» Роллана, но и потому, что художник, в общем, не вносит принципиально нового в графическое истолкование исторической революционной темы.
Цикл К.И.Рудакова был последним обращением к истории Великой французской революции в советском искусстве предвоенных лет.


Смотрите также графику М.К.Соколова.

- - -
ВЕЛИКАЯ ФРАНЦУЗСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ И РОССИЯ
Редакционная коллегия:
М.: Прогресс, 1989. 552 с., ил.
аннотация



связь времен

@темы: 18 век, 20 век, homo ludens, АРТеФАКТическое/иллюстрации, Великая французская революция, Дантон Жорж-Жак, Европа, Жан-Поль Марат, М.Робеспьер, Россия, Россия и Франция, Сен-Жюст, Советский Союз, Термидор, Франция, дискуссии, имена, события, календарь, история идей, история искусств, история моды, источники/документы, массы-классы-партии, новые публикации, они и мы, персона, полезные ссылки, предметы материальной культуры, революции, свобода-право-власть, скачать бесплатно, событие, социальная история, товарищам

21:08 

Великая французская революция в советской литературе. 1917—1940 гг.

Eh voila
В действительности все не так, как на самом деле
библиотека Vive Liberta . apprendre par coeur



Художественное исследование исторических событий эпохи в литературе, как и в изобразительном искусстве, шло разными путями. Не все писатели и поэты выходили на революционную современность открыто, как поэт A.А.Блок в поэме «Двенадцать». Одни искали аналогий в русской истории, возрождая образы вождей народных восстаний Разина и Пугачева, другие — в истории Великой французской революции и Парижской Коммуны. К истории Французской революции обращались писатели и поэты разного таланта и разных национальностей, решая вопрос о принятии или непринятии Октября, постигая не только социальное и политическое, но и нравственное содержание революции. В советской литературе 1917—1940 гг. произведений о Великой французской революции больше, чем в изобразительном искусстве, аудитория у них была гораздо шире, связь с политическими проблемами дня теснее, а идейно-художественная значимость сложнее, разнообразнее и глубже. Великая французская революция вдохновляла и таких крупных писателей, как Б.Л.Пастернак и А.Н.Толстой, и авторов менее одаренных, как B.И.Нарбут или А.П.Глоба Обложка поэмы А.П.Глобы, затронула она и творчество поэтов М.А.Волошина, П.Г.Антокольского, писателей И.Г.Эренбурга и Ф.Ф.Раскольникова, творчество таджика С.Айни и латыша А.М.Упита.
Самым первым, насколько известно, на начавшуюся в России революцию опосредствованно через революцию французскую отозвался поэт Борис Пастернак. Вскоре после февраля он задумал роман из истории Великой французской революции, но так и не написал его, ограничившись двумя короткими драматическими отрывками, которые датированы июнем-июлем 1917 г. и впервые опубликованы в газете «Знамя труда» весной 1918 г.
Первый отрывок — диалог Сен-Жюста и Генриетты Леба накануне отъезда Сен-Жюста в армию 10—20 мессидора (29 июня — 8 июля) 1794 г.; второй — диалог Сен-Жюста и Робеспьера перед казнью в ночь с 9 на 10 термидора
. Подлинный герой этих отрывков — Сен-Жюст. Робеспьер с трудом собирается с мыслями, он поглощен воспоминаниями, он весь в прошлом. Сен-Жюст обозревает прошлое и будущее и как бы вне настоящего. Для Сен-Жюста фраза «Как могло случиться» не заключает вопроса и не требует ответа: прошлое пережито и осмыслено им. Сен-Жюст устремлен в будущее и, сознавая величие прошлого, прозревает победу в грядущем.
На Октябрьскую революцию первым, по-видимому, откликнулся Максимилиан Волошин, создавший в Коктебеле между 21 ноября и 7 декабря 1917 г. стихотворения «Взятие Бастилии», «Бонапарт» и «Термидор». Этот поэтический цикл — своеобразный художественный репортаж о ходе революции, предельно лаконичный, сжатый, словно бы насыщенный революционной энергией народа.
Восторженное чувство первых послеоктябрьских месяцев излилось прежде всего в песенной поэзии. 10 февраля 1918 г. «Правда» поместила «Коммунистическую Марсельезу» пролетарского поэта Демьяна Бедного («Мы — пожара всемирного пламя»), тотчас же выпущенную отдельным изданием Обложка книги Д.Бедного «Коммунистическая Марсельеза». Песня, имевшая подзаголовок «Посвящается рабоче-крестьянской социалистической армии», — публицистически страстный призыв к оружию в борьбе с внутренним и внешним врагом. В начале 1918 г. таджикский поэт Садриддин Айни сочинил на мелодию «Марсельезы» «Марш свободы» — первое произведение советской таджикской литературы. Стихотворение зовет к борьбе за свободу и справедливость:
О, рабы! Подымайтесь из праха,
Красным знаменем мир озаря!
Сбросьте иго покорства и страха
Засияла свободы заря.

В «Бастилии» Владимира Нарбута, напечатанной в 1921 г. в сборнике «Советская земля», образный строй усложняется: поэта увлекает взаимосвязь прошлого и настоящего, преемственность Июля и Октября.
Драматургия несколько отставала от поэзии, но все же быстрее прозы откликалась на революционную действительность. Очень велик был спрос на короткие агитпьесы и инсценировки песен, сочинялись они во множестве и некоторые, например «Марат» A.Амнуэля (май 1919 г.) Обложка поэмы А.П.Глобы, приобрели огромную популярность и игрались по всей стране. Типична для политических инсценировок песен «Наша Карманьола» B.Киршона (1923 г.) Обложка книги В.Киршона — сценарий постановки с балетными танцами и ритмическими спортивными упражнениями, по ходу которой красноармейцы и рабочие прогоняли внешних и внутренних врагов: Милюкова, генералов, нэпманов и др.
Самая серьезная и политически заостренная попытка дать идеологическую и моральную оценку Октября, проецируя на современность историю Великой французской революции, была предпринята А.Н.Толстым в 1918 г. в драме «Смерть Дантона» Обложка книги Алексея Толстого «Смерть Дантона». Эта пьеса возникла из инсценировки для сцены трагедии немецкого драматурга Г.Бюхнера «Смерть Дантона» (1835 г.), заказанной писателю московским театром Ф.А.Корша для постановки ее к первой годовщине Октября.
А.Н.Толстой, как известно, восторженно встретил Февральскую революцию и враждебно Октябрьскую. Свое неприятие революции, которой был свидетелем, он вложил в пьесу немецкого писателя XIX в. Инсценировка Толстого и спектакль вызвали резко отрицательную оценку критики и прессы, выдвинувших против автора политические обвинения. Толстой, в это время находившийся на юге, в 1919 г. издал в Одессе «Смерть Дантона» со своим предисловием и вскоре выехал в эмиграцию.
В этом первом варианте драмы Толстой акцентировал внимание на стихийности и разрушительности в действиях революционного народа Парижа, главный конфликт пьесы сконцентрировал на проблеме террора, как символе насильственной революции, и развенчивал тактику террора разными художественными средствами. Толстой развил мотив сентябрьских убийств, поднял (вероятно, первым в советской литературе) тему погубленных поэтов, довел до крайности противопоставление Дантона и Робеспьера, сочинив сцену, где Дантон, не желая больше проливать кровь, покушается на жизнь Робеспьера, и т.д. Пьеса Толстого не свободна от фаталистического толкования законов истории и исторического пессимизма: трагедия кончается безысходностью, автор не дает выхода в будущее.
В начале 20-х годов в мировоззрении А.Н.Толстого произошел перелом, он пересмотрел свою историко-философскую концепцию революции, в апреле 1922 г. открыто порвал с эмиграцией и в январе 1923 г. создал вторую редакцию пьесы, которую издал в Берлине незадолго до возвращения на родину.
Идейный центр второй редакции трагедии — признание автором исторической необходимости революции и неизбежности вооруженной борьбы для ее победы. Толстой изменил характеристику народа — это уже не чернь, жаждущая кровопролития, а санкюлоты, требующие хлеба, и переосмыслил столкновение между Дантоном и Робеспьером. Теперь это конфликт не соперничающих вождей, а двух разных политических программ. Робеспьер — возвышенный мечтатель, он развивает перед Дантоном свои мечты о будущей революции, социальном равенстве и т.д., но Дантон уже не верит в революцию. Дантон безнадежно отстал от революции, он вне революционного потока. Таким образом, сцена покушения, которую Толстой сохранил, приобрела иной смысл: Дантон гибнет не по вине Робеспьера, не как жертва террора, а как человек, чья роль в революции исчерпана. Однако Толстой оставил без изменений тему погубленных поэтов. Эта тема возникает в пьесе дважды. Сначала женщина из народа — Женщина в шали, один из положительных образов пьесы, рассказывает Дантону о своем невинно погибшем муже: он был поэтом и мог стать гордостью Франции. Позже Дантон из-за стены тюремной камеры слышит голос Андре Шенье, ожидающего казни. Всё же историческая и нравственная правота на стороне Робеспьера, трагизм его положения в невозможности довести революцию до конца и увидеть ее победу, однако великий якобинец не страшится гибели — его поддерживает вера в будущее.
Вторая редакция трагедии «Смерть Дантона» как полноценное произведение А.Н.Толстого включена в последнее издание его сочинений (1986 г.). литературе, как и в искусстве, новый интерес к Великой французской революции появляется конце 20-х — начале 30-х го-:, когда темы революционной борьбы освещаются с позиций той идеологической и политикой ситуации.
В 1927 г. поэт П.Г. Антокольский, не раз находивший источник творчества в истории культуре Франции, в будущем автор поэм «Франсуа Вийон», «Коммуна 1871 года», опубликовал свой поэтический шедевр — стихотворение «Санкюлот», а в 1929 г. написал драматическую поэму «Робеспьер и Горгона» Обложка поэмы П.Г.Антокольского «Робеспьер и Горгона».
«Санкюлот» — сгусток ненависти и гнева, вопль отчаяния, взрыв протеста, злости и горечи гнетенных и обездоленных, обманутых той, прошлой революцией.
«Робеспьер и Горгона» — то причудливые, то реалистические картины Парижа, куда в начале термидора приезжает фургон бродячих актеров «Балаган Горгоны», где термидорианцы плетут интриги, а голова Горгоны — каменная маска на стене дома — ведет беседу с Робеспьером. Робеспьер, колеблющийся, сомневающийся, побуждаемый к действию Сен-Жюстом, в диалоге с Горгоной-Стеной (или с самим собой) и с девочкой-актрисой, от которой его отделяет стена непонимания, отчетливо сознает свое одиночество и неизбежность гибели. Далее следует заседание Конвента, арест, выстрел Мерда. Но перед финалом девочка-актриса вспоминает встречу у стены со странным человеком — она не может его забыть. Поэма завершается наступлением утра 10 термидора — дня казни.
В мае 1928 г. в Париже И.Г.Эренбург закончил «Заговор равных» — единственное в советской литературе произведение в прозе о Французской революции. В «Заговоре равных» Эренбург с легкой иронией рассказывает историю революции и жизнь Бабёфа, мастерски набрасывая портреты персонажей: Барраса, Карно, Фуше, Друэ, бабувистов. По мере приближения к финалу автор меняет интонацию и в сценах ареста бабувистов, суда над ними и вынесения приговора, постепенно усиливает накал повествования, поднимаясь в сцене похорон до подлинного драматизма. Крестьяне находят тела казненных Бабёфа и Дарте, выброшенные в канаву, и тайком хоронят их. Слова одного из крестьян: «Это Бабёф. Он был честным человеком... Он был Трибун народа... За это его и убили», звучат как реквием павшему герою.
Идея повести, в общем, не сложна и не нова: революция и человечность неотделимы, тот, кто отступает от человечности, тот предает революцию. Бабёф в «Заговоре равных», как герои и других произведений советской литературы о Французской революции, погибает с верой в более великую революцию будущего.
Ф.Ф.Раскольников в драме «Робеспьер», поставленной и изданной в 1931 г., так же как и его предшественники Пастернак, Толстой, Антокольский и Эренбург, останавливает свой выбор на гибели героя, но трактует эту тему по-своему.
Подробнее о драме «Робеспьер» Ф.Ф.Раскольникова, как и о пьесе «Марат» А.Амнуэля, см. раздел о театре.

Стоит упомянуть еще одно произведение: А.А.Исбах, "Дантон".

- - -
ВЕЛИКАЯ ФРАНЦУЗСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ И РОССИЯ
Редакционная коллегия:
М.: Прогресс, 1989. 552 с., ил.
аннотация



связь времен

@темы: 18 век, 20 век, homo ludens, АРТеФАКТическое/иллюстрации, Великая французская революция, Гракх Бабеф, Дантон Жорж-Жак, Директория, Европа, Жан-Поль Марат, Комитет общей безопасности, Комитет общественного спасения, М.Робеспьер, Россия, Россия и Франция, Сен-Жюст, Советский Союз, Термидор, Франция, дискуссии, имена, события, календарь, историки, история идей, история искусств, история моды, источники/документы, литературная республика, массы-классы-партии, новые публикации, они и мы, персона, полезные ссылки, предметы материальной культуры, революции, свобода-право-власть, скачать бесплатно, событие, социальная история, товарищам

20:41 

ВФР в рифмах: два века и еще четверть

Директор театра
Чем больше артист, тем больше пауза!
Как правильно говорят догадливые гражданки и граждане, мы восстановили поэтическую страницу, и не только восстановили, но и здесь продублировали... на всякий случай. Итак, весь список со ссылками.


библиотека Vive Liberta . apprendre par coeur


РЕВОЛЮЦИОННЫЙ и КОНТРРЕВОЛЮЦИОННЫЙ ФОЛЬКЛОР


Взятие Бастилии, или Спасенный Париж (1789 год)
Поход в Версаль и прибытие короля в Париж (к событиям 5-6 октября 1789 года)
Патриотическая песнь, известная как «Ça ira!» (исполнялась на празднике Федерации 14 июля 1790 года)
Куплеты о федерации (1791 год)
Песнь аристократов (появилась в 1791 году)
Песнь к событиям Вареннского кризиса (1791 год)
Песня о чувствах народа против бывшего короля и об изменах проклятого Булье
Гражданский гимн
Песня рейнской армии (Марсельеза)
Карманьола
Республиканский романс
Песня санкюлотов (куплеты Аристида Валькура)
Куплеты о республиканском календаре
Санкюлот
Республиканский порох и пушки
Ответ пороху
"Пробуждение народа"
Ответ на "Пробуждение народа"
10-е Термидора, или Смерть Робеспьера
Гимн 9 Термидора II года
Французский народ - франтам



Андре Шенье. Оды и ямбы. Публицистика
Вильям Блейк. Французская революция
Роберт Бернс. Дерево Свободы
Кристиан Фридрих Даниель Шубарт. По поводу обломка от темницы Вольтера
Самюэль Тэйлор Кольридж. Падение Бастилии
Пьер-Жан Беранже. Четырнадцатое июля. Богиня



Перси Биши Шелли. Песнь к защитникам Свободы
Огюст Барбье. Барабанщик Барра. Девяносто третий год
Сильвие Страхимир Краньчевич. Воскресение
Эжезипп Моро, Пьер Дюпон, Шарль Жилль, Огюст Барбье, Пьер-Жан Беранже, Пьер Венсар-старший, Гюстав Леруа, Пьер Лашамбоди, Эжен Потье, Жан-Батист Клеман, Виктор Гюго - в книге Ю.Данилина «Очерк французской политической поэзии XIX века: от Июльской революции до Парижской коммуны»
Каролина Павлова. Разговор в Трианоне
Михаил Лермонтов. Фрагмент поэмы "Сашка". Пророчество Казота
И.П.Горн. Ночь перед казнью
Джозуэ Кардуччи. Ca ira! На LXXVIII годовщину провозглашения Французской республики



Жан Никола Артюр Рембо. Кузнец. "Французы, вспомните, как в девяносто третьем..."
Луиза Мишель. "Когда я смотрела на эту печальную когорту..."



Эдуард Багрицкий. 1871. Бастилия
Максимилиан Волошин. Взятие Бастилии. Взятие Тюильри. Голова mme de Lamballe. Термидор
Борис Пастернак. Драматические отрывки
Павел Антокольский. Через полтораста лет после взятия Бастилии. Итог. Санкюлот. Два портрета. Робеспьер и Горгона


связь времен

@темы: якобинцы, философия, утопия, товарищам, социальная история, событие, скачать бесплатно, свобода-право-власть, реставрация, революции, полезные ссылки, персона, оригинальные произведения 18 в., они и мы, массы-классы-партии, литературная республика, либерализм, источники/документы, история моды, история искусств, история идей, дискуссии, военная история, Франция, Термидор, Советский Союз, Сен-Жюст, Россия и Франция, Россия, Революция-женского рода, Парижская коммуна, М.Робеспьер, Июльская революция, Июльская монархия, Италия, Жан-Поль Марат, Европа, Директория, Дантон Жорж-Жак, Гракх Бабеф, Германия, Великобритания, Великая французская революция, homo ludens, 21 век, 20 век, 19 век, 18 век

20:38 

ДВЕСТИ ЛЕТ СПУСТЯ

Директор театра
Чем больше артист, тем больше пауза!
20:35 

ДВЕ РЕВОЛЮЦИИ

Директор театра
Чем больше артист, тем больше пауза!

@темы: утопия, товарищам, социальная история, событие, скачать бесплатно, свобода-право-власть, революции, полезные ссылки, персона, они и мы, массы-классы-партии, литературная республика, либерализм, источники/документы, история моды, история искусств, история идей, дискуссии, военная история, Франция, Термидор, Советский Союз, Сен-Жюст, Россия и Франция, Россия, М.Робеспьер, Жан-Поль Марат, Европа, Дантон Жорж-Жак, Гракх Бабеф, Великая французская революция, homo ludens, 20 век, 19 век, 18 век

19:02 

Марат и Е(Катерина)

Capra Milana
мир не существует, а поминутно творится заново
11:09 

Саул Красный и Луи-Огюст Бланки

forster2005
"Что толку видеть вещь, если о ней никто ничего не доказывает?!"
1901—1930


От нас ушел человек, в котором на редкость гармонически сочетались революционер и ученый.
Буржуазия создала особый стиль «объективности» и беспристрастия в науке. Ее ученые жрецы декларировали свою надклассовость и объявили себя стоящими вне политики именно потому, что необходимо было явное сделать тайным. Пролетариату совершенно не нужна дымовая завеса надклассовой «объективности», ибо его классовые задачи совпадают с ходом исторического развития. Здесь лежит секрет подлинного объективизма пролетарской науки, и в этом причина того революционного духа, который ее наполняет.
Эти черты были ярко выражены в С.Красном — революционере, большевике, пламенно преданном своему классу и его партии. В нем не было этой лживой, мнимой «беспристрастной объективности» буржуазного цехового историка. Высшая объективность, вытекавшая из его последовательно-марксистского мировоззрения, примирялась в нем с тем «пристрастием», которое можно встретить у всякого пролетарского революционера. Он соединял в себе темперамент борца с точностью мышления ученого, сочетание, встречающееся не очень часто.
Совсем молодым, неполных восемнадцати лет от роду, он ушел в ряды Красной армии. На фронтах гражданской войны он начал рядовым красноармейцем и благодаря своему энтузиазму, преданности великому делу пролетариата, энергии и способностям был назначен заместителем начальника политотдела дивизии. После окончания гражданской войны он пошел учиться в Институт красной профессуры, который и окончил в 1925 г. У Красного в его работе были крупнейшие политические ошибки (он был за принадлежность к троцкистской оппозиции исключен из партии), но он сумел их исправить, причем сделал это не половинчато, а с последовательностью, искренностью и правдивостью, ему свойственными. Партия оценила Красного по достоинству, и он был восстановлен в правах члена партии, несмотря на то, что он по болезни не мог себя проявить на работе. Трудно себе представить, как страдал этот необыкновенно действенный человек, обладавший огромным запасом неиспользованных сил, от того, что он был прикован к постели в момент, когда перед его глазами разворачивалась картина гигантского строительства социализма, и он осознал необходимость решительной борьбы с его врагами. Этому делу он мог бы принести, конечно, огромную пользу, если бы не мучительная болезнь, потом смерть, унесшая этого даровитого человека в расцвете его творческих сил в могилу!
Острый, точный и критический ум, замечательная аккуратность и тщательность в работе отличали Красного как историка. Но в конечном счете он был бы заурядным явлением, если бы обладал только этими качествами. Красный был не просто историком, он был историком-марксистом, он был историком-большевиком. Он вышел из той группы историков, которая была выкована в огне и бурях гражданской войны, которая пришла в науку от великого Октября.
Это сказалось в его способности к широким историческим обобщениям. Буржуазная историческая наука сосредоточивает свое внимание на реконструкции и накоплении фактов, на критике источника. Если она и признает историческую закономерность, то понимает ее формально-идеалистически.
Для Красного, как и для всякого революционера, история была раньше всего не самоцелью, а орудием классовой борьбы. Именно поэтому техника исторической науки, которой он стремился овладеть в совершенстве, была для него только средством, а целью являлось познание закономерности процесса. Очень интересно было наблюдать за широким полетом его мысли, за неожиданным сближением явлений, посредством которого он открывал в них новые, раньше никем не замеченные стороны.
Основным сюжетом научно-исследовательской работы Красного был О.Бланки. Над этой темой он начал работать еще в Институте красной профессуры. Для того чтобы изучить источники вопроса, он был командирован во Францию. В отделе манускриптов Национальной библиотеки он сумел отыскать ряд интереснейших и нигде не опубликованных документов из архива Бланки1.
Один из этих до тех пор неизвестных документов был опубликован в III томе «Историка-марксиста». Это — «Инструкция к вооруженному восстанию» с небольшим предисловием Красного2. Цель этой публикации Красный формулирует сжато в двух фразах: «Реформистская легенда о Бланки, приобревшая прочность предрассудка, должна быть разрушена. Наш долг — реабилитировать величайшего революционера XIX века от множества тяготеющих над ним несправедливых приговоров». Красный предостерегает от слишком большого увлечения своим «героем» и коротко замечает: «Но опасны пока не новаторы, а рутинеры». Красный вполне достиг своей цели: опубликованием этого документа он доказал, что во всяком случае со Второй империи Бланки был не путчистом, не конспиратором, а вождем движения, ориентировавшегося на массы.
Красный после приезда из-за границы прочел в Обществе историков-марксистов доклад, в котором как бы подводил итоги своей предшествующей работы и вкратце формулировал свои взгляды на Бланки3.
Этот доклад был как бы сжатым изложением той большой монографии о Бланки, которую он готовил и к которой он упорно хотел вернуться даже в самые тяжелые моменты своей болезни. Доклад Красного был посвящен вопросу об эволюции социально-политических взглядов Бланки и вместе с статьей о Бланки в «Большой советской энциклопедии» дает достаточное представление о его точке зрения в этом вопросе. Как известно, литературное наследие Бланки очень невелико, и приходится удивляться тому умению и таланту, с которыми Красный сумел найти на этой небольшой основе (если даже включить сюда документы, найденные им в отделе рукописей Национальной библиотеки), показать с такой убедительностью идейную эволюцию одного из величайших революционеров прошлого века. Можно соглашаться или не соглашаться с отдельными частностями в построении Красного, но следует во всяком случае признать, что он дал последовательно марксистское понимание Бланки. Красный реставрировал настоящего исторического Бланки и освободил его от наслоений реформистско-меньшевистской интерпретации.
Перу Красного принадлежит еще сжатая, но насыщенная большим фактическим материалом статья по истории Третьей республики в III томе «Книги для чтения по истории нового времени», им подобраны были документы по истории июньских дней 1848 г. и написан ряд рецензий.
Даже то небольшое литературное наследство, которое оставил нам Красный, позволяет заключить, что в его лице мы потеряли талантливого представителя марксистской исторической науки, внесшего в нее живой дух революции. Эта жестокая потеря должна заставить нас с еще большей настойчивостью выковывать новые кадры коммунистов-ученых, которые сумели бы гармонически сочетать в своей работе науку и революцию, как это умел делать наш умерший товарищ.

- - -
1 Эти документы публикуются частью в настоящем номере «Историка-марксиста»; полностью они будут даны в специальном сборнике, посвященном памяти Бланки, подготовленном самим Красным и выпускаемом Институтом Маркса и Энгельса.
2 В 1930 г. «Инструкция» была перепечатана на немецком языке, а на французском она и по сей день в печати не появлялась.
3 Печатается впервые в настоящем номере «Историка-марксиста».


Соломон Дмитриевич Куниский
Историк-марксист. 1930, т.20




Публикация документов

Луи-Огюст Бланки
Доклад, прочитанный в Обществе друзей народа 2 февраля 1832 г.
Заметки о Луи Блане
К разрушению постоянных армий

Инструкция к вооруженному восстанию

свеже опубликованная статья Саула Красного:
Эволюция социально-политических воззрений Бланки


@темы: утопия, социальная история, скачать бесплатно, персона, они и мы, новые публикации, массы-классы-партии, источники/документы, история идей, историография, историки, Советский Союз, Россия и Франция, Л.-О.Бланки, Июльская монархия, Европа, 20 век, 19 век, 1848, 1830-е

09:57 

Иосиф Сергеевич Киссельгоф

forster2005
"Что толку видеть вещь, если о ней никто ничего не доказывает?!"
Давний знакомый наш автор.


14.09.1908, Торопец Калининской обл., - 19.05.1973, Уфа

Его трудовая деятельность началась в 1927 г. после окончания Ленинградского педагогического техникума им. Ушинского. До 1938 г. он работал учителем в школах города Ленинграда. После окончания вечернего отделения Ленинградского педагогического института им. А.И.Герцена был оставлен в аспирантуре этого же института, которую окончил в 1941 г., защитив кандидатскую диссертацию на тему: ««Общество друзей народа» и республиканское восстание 1832 г. в Париже». Результаты своего исследования Иосиф Сергеевич опубликовал в ряде статей («Процесс девятнадцати», «Общество друзей народа», «Борьба республиканцев Парижа против Июльской монархии и процесс пятнадцати» и др.).
В 1941 г. он был направлен на работу в Вологодский педагогический институт, где работал доцентом и деканом исторического факультета, а затем заведующим кафедрой всеобщей истории. В 1947—1951 гг. И.С.Киссельгоф работал доцентом кафедры новой и новейшей истории Ленинградского государственного педагогического института им. А.И.Герцена, а с сентября 1951 г. до конца своей жизни — в Башкирском государственном университете сначала деканом факультета, с 1959 г. — заведующим кафедрой всеобщей истории.
В мае 1967 г. Иосиф Сергеевич защитил докторскую диссертацию на тему: «Ви-шистский режим во Франции в годы второй мировой войны». В марте 1968 г. был утвержден в звании профессора.
И.С.Киссельгоф был автором ряда фундаментальных работ по истории французского Сопротивления, опубликованных в различных изданиях, в том числе и во «Французском ежегоднике»: «Капитуляция Франции и вишистский режим в 1940—1941 гг.», «Образование национального фронта борьбы за независимость Франции», «Правящие круги и народные массы Франции после нападения гитлеровской Германии на СССР» и др. Он являлся и автором некоторых историографических статей, опубликованных в разных изданиях.
Под руководством И.С.Киссельгофа кафедра всеобщей истории Башкирского университета превратилась в важный периферийный центр по изучению истории Франции. Он был постоянным редактором выходивших в Уфе сборников «Из истории Франции».
И.С.Киссельгоф был талантливым лектором, педагогом, его лекции по новейшей истории, спецкурсы по истории международных отношений и новейшей истории Франции, а также спецсеминары по истории французского Сопротивления неизменно пользовались большим успехом у студентов.
Преждевременная кончина И.С.Киссельгофа — большая потеря для советских историков, занимающихся изучением истории Франции.

Французский ежегодник 1974


Дату рождения Иосифа Сергеевича мы нашли на сайте Башкирской энциклопедии


Спасибо и на том уфимцам. Вот еще два упоминания:

...Филологическое образование в Башкортостане ведет свое начало с 1920 года, когда в составе впервые открывшегося Уфимского института народного образования (впоследствии Башкирский госпединститут им. К.А.Тимирязева, а с 1957 года – Башкирский государственный университет) был создан филологический факультет, из которого в 1990 году выделился факультет башкирской филологии и журналистики. Деканами историко-филологического факультета в свое время работали Зайцев Яков Васильевич, Киссельгоф Иосиф Сергеевич, Сираев Зариф Исламович...
История факультета Башкирской филологии и журналистики

...Один из крупных промышленных и культурных центров Урала г. Уфа – столица Башкортостана – имеет разнообразную историографическую панораму. Конечно, основные силы ученых сосредоточены на изучении местной проблематики от археологии до современных социально-экономических и культурных процессов, но, подчеркнем еще раз, такой город вполне может развивать все отрасли исторического знания. Ведущую роль в изучении зарубежной истории играют университет и педагогический институт (ныне - педуниверситет). В университете довольно давно функционирует школа «новистов» со сменой ориентации по десятилетиям (конец 50-х – 60-е годы ХХ в.: в центре внимания – новая и новейшая история Франции, возглавлял исследования профессор И.С.Киссельгоф (1908-1973)
Лукиянов Ю. В. Антиковедение в Уфе: возникновение и развитие // СОФИЯ: Альманах: Вып.1 (Уфа: «Здравоохранение Башкортостана», 2005. С.304-307)

Еще мы нашли подтверждение, что в 1943-46 гг. Иосиф Сергеевич был деканом исторического факультета Вологодского государственного педагогического института. И вот тут-то увидели его фотграфию.



К истории возникновения «Общества прав человека и гражданина» (1830—1833)
Республиканское восстание 5-6 июня 1832 г. в Париже


@темы: социальная история, скачать бесплатно, персона, они и мы, новые публикации, массы-классы-партии, история идей, историография, Советский Союз, Россия и Франция, Июльская революция, Июльская монархия, Европа, 19 век, 1830-е

15:12 

quelques salons de Paris au XVIIIe siècle

АиФ
Молчи так, чтобы было слышно, о чем ты умалчиваешь /Доминик Опольский/
Предупреждение
1) Граждане товарищи коллеги, дабы текст этот не омрачал ваши ясные лица, отнеситесь к нему с подобающим... м-м... словом, подобающе, и тогда он станет просто смешной безделкой.
2) Мы не стали церемониться с автором, ибо автор не церемонится с историей.

ПАРИЖСКИЕ САЛОНЫ XVIII СТОЛЕТИЯ
Вестник иностранной литературы
1899 (февраль). С.3-28


Настоящий текст представляет собой реферат книги Мэри Суммер "Несколько парижских салонов в XVIII-м веке" - "Quelques salons de Paris au XVIIIe siècle" (Paris: Socit francaise d'éditions d'art, L.H.May, [1898]) - скачать скан этой книги, с заставками и картинками, можно в библиотеке archive.org.
Автор - Луиза-Мари Филон [Louise-Marie Filon] (1842-1902), дочь историка Шарля-Огюста Филона (Charles-Auguste-Désiré Filon, 1800–1875), сестра историка и литератора Пьера-Мари-Огюстена Филона (Pierre-Marie-Augustin Filon, 1841-1916), жена (23.04.1859) первого французского исследователя тибетской культуры Филиппа-Эдуарда Фуко (Philippe-Édouard Foucaux, 15.09.1811, Анжер, - 20.05.1894, Париж).
Мэри Суммер (Mary Summer - мы думаем, английский вариант имени указывает на такую именно транскрипцию фамилии) - псевдоним, под которым м-м Фуко издала
ряд своих сочинений.
Однако если судить по уровню представленного реферата, Мари-Мэри - заурядная графоманка конца XIX века, пережевывающая околоисторические анекдоты и даже не удосуживающаяся их проверить. Возможно, в книгах, посвященных буддизму и Индии, она и демонстрирует более интересный подход... Кому это любопытно, тот найдет и прочитает. В отношении же истории XVIII века и, что до слез типично, истории Великой французской революции автор глубокая невежда.

Итак, на сцене
маркиза де Ламбер, Фонтенель, д'Аржансон, м-м дю Шатлэ, или просто Эмилия, Вольтер, м-м дю Дефан, Жюли де Леспинас, д'Аламбер, Франсуа де Конти, Гольбах, бедный Жан-Жак, Эмилия Вторая и ее маман Сент-Амарант, "страшный свирепай диктатор Робеспьер" и "известный изверг Фукье-Танвиль" (sic), Ривароль, "корчивший из себя демократа" Феликс де Сен-Фаржо, "суровый член Конвента Фабр", "ярый республиканец Геро де Сешель", тень Дантона и Сен-Жюст с докладом.

Кто не боится, приходите за ссылкой ;)

@темы: новые публикации, литературная республика, либерализм, казус ляпсус, Россия и Франция, Просвещение, Вольтер, Великая французская революция, friend-to-friend--пиво только членам профсоюза, 19 век, 18 век

11:00 

Французский ежегодник

АиФ
Молчи так, чтобы было слышно, о чем ты умалчиваешь /Доминик Опольский/
Запись обновляемая.
Работы, указанные в списке, но не имеющие гиперссылки на файл с текстом, находятся "в портфеле" редакции нашего сайта. Следите, пожалуйста, за анонсами в сообществе.
Против некоторых статей - ссылки на монографию автора, освещающую тему более полно.
8/08/13 - обновили очередной раз.

1958

1959

1960

1961

1962

1963

1964

1965

1966

1967

1968

1969

1970

1971

1972

1973

1974

1975

1976

1977

1978

1979

1980

1981

1982

1983

1984

1985

1986

1987

2002

2003

* * *

Библиография "Сводный том" по всем выпускам ФЕ


запись создана: 22.06.2011 в 12:21

@темы: 17 век, 18 век, 1830-е, 1848, 1871, 19 век, 20 век, Австрия, Америка, Бельгия, Бонапарт, Великая французская революция, Великобритания, Вольтер, Германия, Гракх Бабеф, Дидро, Директория, Европа, Ж.-Ж.Руссо, Жан Мелье, Жан-Поль Марат, Испания, Италия, Июльская монархия, Июльская революция, Комитет общей безопасности, Комитет общественного спасения, Л.-О.Бланки, М.Робеспьер, Мабли, Монтескье, Нидерланды, Парижская коммуна, Просвещение, Революция-женского рода, Россия и Франция, Сен-Жюст, Сильвен Марешаль, Советский Союз, Средние века, Термидор, Франция, Шометт, военная история, дискуссии, историки, историография, история дипломатии, история идей, история искусств, история науки, источники/документы, капитал, либерализм, литературная республика, массы-классы-партии, национально-освободительные движения, новые публикации, оригинальные произведения 18 в., персона, полезные ссылки, революции, религия и церковь, реставрация, свобода-право-власть, скачать бесплатно, социальная история, товарищам, утопия, философия, экономика должна, якобинцы

20:36 

из истории социально-политических идей

Marty Larny
Я уже забыл вопрос, но, думаю, ответил на него
Сборник статей к 75-летию Вячеслава Петровича. Старые ссылки заменены на действующие и много вновь оцифрованных статей. Кого интересуют античность, Средние века, русская либеральная школа в лице Николая Ивановича, чартисты и чартизм и мн., мн.др., - пожалуйте. Таким анонсом я сейчас и ограничусь, поелику мы условились более подробные посты делать по тематическим подборкам, а для этого еще не все в наличии.
Да, коллеги, не поленитесь посмотреть на страничку автора Анны Михайловны, там примечательная фотография )

Большое спасибо тт. Марии, Митьке и Эжену за кропотливую сборку pdf.

Ссылки к сборнику 1957 года, памяти Е.В.Тарле, обновлены и добавлены.

@темы: философия, утопия, социальная история, скачать бесплатно, свобода-право-власть, религия и церковь, революции, полезные ссылки, персона, новые публикации, массы-классы-партии, либерализм, капитал, источники/документы, история идей, историография, историки, декабристы, Франция, Средние века, Россия и Франция, Россия, Просвещение, Парижская коммуна, Июльская монархия, Италия, Жан Мелье, Европа, Древний мир, Германия, Вольтер, Великобритания, Великая французская революция, Австрия, 20 век, 19 век, 1871, 1848, 1830-е, 18 век, 17 век, якобинцы

22:19 

вслед за "большевиками-якобинцами" - "троцкисты-эбертисты"

Nataly Red Rose
Свобода начинается с иронии
Что и говорить, у этой фракции эпохи ВФР репутация плохая. А что, собственно, известно об эбертистах? кто они? что их объединяло? в чем состояли их социальные и политические требования? и какой след оставили они в этой эпохе?
Морис Славин продолжает хорошую традицию историков конца позапрошлого – начала прошлого века, Н.И.Кареева, Я.М.Захера, Альбера Собуля. В книге огромный фактический материал, результат архивных изысканий.
За собирательным и довольно спорным термином “эбертисты” стоят люди очень разные, каждый со своей биографией, со своими убеждениями. Некоторые имена мелькают на страницах хрестоматий – Моморо, Ронсен, Венсан, Проли, Бушотт, Паш. С этими людьми, а также с еще менее известными, знакомит книга.
Интересные штрихи даны к портретам личностей известных, например, Клоотса, Шометта, Бийо-Варенна и Колло д’Эрбуа.
И, конечно, много можно почерпнуть для понимания таких важных явлений и событий ВФР, как война в Вандее, секционное движение, жизнь “народных обществ”, политика Комитетов революционного правительства в отношении левой и правой фракций, деятельность Чрезвычайного революционного трибунала.

Моррис Славин
ЭБЕРТИСТЫ ПОД НОЖОМ ГИЛЬОТИНЫ
анатомия "заговора" в революционной Франции

Перевод с английского А.В.Панцова
М.: ООО «Соверо-Принт». 2005. 285 с.

скачать и читать


ОГЛАВЛЕНИЕ
Предисловие
Введение
Глава 1. Эбер и его «Пер Дюшен»
Глава 2. Хлеб и политика
Глава 3. Вандея и фракционные конфликты
Глава 4. Новое восстание?
Глава 5. Якобинцы против кордельеров
Глава 6. Аресты и санкюлоты
Глава 7. Эбертисты
Глава 8. «Амальгамированные» участники «заговора» и интересы государства
Глава 9. Процесс
Глава 10. Репрессии
Заключение

Презентик – гравюра 1794 года. "Цензура, наказывающая Эбера"
запись создана: 26.06.2008 в 00:29

@темы: якобинцы, экономика должна, социальная история, скачать бесплатно, свобода-право-власть, религия и церковь, персона, новые публикации, массы-классы-партии, кордельеры, источники/документы, история идей, историки, Эбер, Шометт, Россия и Франция, Комитет общественного спасения, Комитет общей безопасности, Клоотс, Великая французская революция, АРТеФАКТическое/иллюстрации, 18 век

18:29 

наши историки: Вадим Сергеевич Алексеев-Попов

Marty Larny
Я уже забыл вопрос, но, думаю, ответил на него

1912, СПб, - 3.03.1982, Одесса


видный советский историк, выдающийся знаток французской общественной мысли XVIII в., Вадим Сергеевич Алексеев-Попов скончался в Одессе 3 марта 1982 г.
В.С.Алексеев-Попов окончил исторический факультет Ленинградского университета, работая под руководством А.И.Молока, успешно защитил кандидатскую диссертацию «Рабочий класс и социал-демократия Германии в дни франко-прусской войны и Парижской Коммуны 1870—1871 гг.».
В годы войны Вадим Сергеевич принял участие в обороне Ленинграда, был переводчиком в штабе войск Ленинградского фронта.
По окончании войны он переехал в Одессу, где преподавал сначала в Художественном училище и Институте иностранных языков, а с 1948 до 1978 г., в течение 30 лет, работал доцентом Одесского университета, где вел как общие, так и специальные курсы.
В.С.Алексееву-Попову принадлежит более 50 научных трудов. Больше всего он интересовался французской общественной мыслью второй половины XVIII в. Его крупнейшим вкладом является разработка истории «Социального кружка». К.Маркс еще в 40-х годах XIX в. обратил внимание на эту организацию, однако история ее совершенно не изучалась. Вадим Сергеевич стал в полном смысле слова пионером в исследовании этой темы не только в советской, но и в зарубежной науке (см.: Алексеев-Попов В.С. История основания «Социального кружка». — Тр. Одес. ун-та. Сер. ист. наук, 1954, т.144, вып.4; Он же. «Социальный кружок» и его политические и социальные требования (1790—1791 гг.). — В кн.: Из истории социально-политических идей: Сб. статей к семидесятипятилетию академика В.П.Волгина. М., 1955; Он же. «Социальный кружок» и демократическое республиканское движение 1791 г. — В кн.: Из истории общественных движений и международных отношений: Сб. статей в память академика Е.В.Тарле. М., 1957). Работы В.С.Алексеева-Попова по истории «Социального кружка» привлекли к себе всеобщий интерес, в частности со стороны В.П.Волгина, который всегда относился к Вадиму Сергеевичу с большой теплотой, ценя его непрерывный исследовательский поиск [см. воспоминания В.С.Алексеева-Попова о Вячеславе Петровиче Волгине – «Наш спутник»]. Получили они и международное признание [например, Роже Барни, автор статьи «Фоше и Социальный кружок» ссылается на исследования Алексеева-Попова].
Живейший интерес вызывали у Вадима Сергеевича история якобинской диктатуры, ее идеология и организация. По его инициативе в 1958 г. в Одессе состоялась конференция по проблемам якобинской диктатуры, прошедшая успешно. В изданных трудах конференции опубликована его большая ценная статья «Проблемы истории якобинской диктатуры в трудах В.И.Ленина».
Постоянное и пристальное внимание уделял Вадим Сергеевич изучению Руссо, в котором он видел ярчайшего представителя одного из течений в эгалитаризме — радикального эгалитаризма. По совету В.П.Волгина он организовал издание «Трактатов» Руссо, появившихся в 1969 г. в серии «Литературные памятники» под общей редакцией А.3.Манфреда. Вадим Сергеевич был одним из переводчиков, комментатором и автором обширной статьи «О социальных и политических сочинениях Ж.-Ж.Руссо». Руссо был посвящен и ряд других его работ. По инициативе В.С.Алексеева-Попова в 1962 г. в Одессе была проведена республиканская конференция, посвященная юбилею Руссо.
Вадим Сергеевич был историком ищущим, современным в лучшем смысле этого слова. Об этом свидетельствует его статья «О применении понятия “многослойной системы” в изучении идей французского Просвещения» в сборнике «Системный метод и современная наука» (Новосибирск, 1971).
= = =
Из Французского ежегодника 1982 (М.:.Наука. 1984)
p.s. Есть, разумеется, определенного рода дискриминация и среди авторов ФЕ. Например, не-столичные историки одессит В.С. и уфимец И.С.Киссельгоф удостоились лишь некрологов петитом - в подстраничной сноске к статье… Или вот: Манфреда называют по имени-отчеству, а Лотте – всего только С.А.


В нашей библиотеке работы В.С.Алексеева-Попова:
Значение опыта Великой французской революции для русского рабочего движения накануне и в период революции 1905—1907 гг.
Лев Толстой и Жан-Жак Руссо (к постановке проблемы)
Наш спутник. К столетию В.П.Волгина
Рабочий класс Германии в дни Парижской коммуны
Социальная критика у Жан-Жака Руссо и великие утописты
Социальный кружок" и демократическое республиканское движение 1791 г.
Социальный кружок" и его политические и социальные требования (1790-1791 гг.)
комментарии к - Т.Дезами. Кодекс общности


Из сети
Некое Ольга Ильницкая (стиль до чертиков напоминает брехунцов-москвы - подвизающихся на этом радио, и безоглядно доверять нижеследующему не стоит)

еще тоже мемАУры – с уже характерной для людей определенного толка путаницей имен-отчеств


upd 5/07/2013 - существенные штрихи к портрету Вадима Сергеевича и... тема для очередного расследования )
Упомянутый Вадим Сергеевич Алексеев-Попов (1912-1982) был еще одним выдающимся персонажем старшей плеяды истфаковских преподавателей. О нем мы были весьма наслышаны и заранее трепетали.
запись создана: 29.09.2011 в 06:34

@темы: товарищам, социальная история, полезные ссылки, персона, они и мы, история идей, историография, историки, Советский Союз, Россия и Франция, Великая французская революция, 20 век, 18 век

17:04 

наши историк(о-филолог)и

Marty Larny
Я уже забыл вопрос, но, думаю, ответил на него
Несколько строчек отвоевались у великого неШто ;)

Низко кланяюсь памяти своих педагогов по курсу истории зарубежных литератур Елены Петровны Ковальчук и Бориса Александровича Шайкевича. Оглядываясь на то время, могу понять, как они, бедные, ещё были задавлены традицией совсем недавней кампании по борьбе с «низкопоклонством перед иностранщиной», как сковывали их кургузые министерские планы, и всё же, всё же, всё же... По мере своих возможностей стремились они преподать нам, как минимум, узловые моменты истории мировой классической литературы. В научном кружке зарубежной литературы, который самоотверженно вела милая Елена Петровна, зародился мой интерес к английской словесности.


Поднимаю из комментария тт. forster2005 "еще несколько строчек".
Время стёрло из памяти фамилию, имя, отчество этой женщины, но мой однокашник Василь Пиддубняк, написавший мне несколько строк рецензии, напомнил: её звали Елена Петровна Ковальчук. Она преподавала у нас зарубежную литературу на первом курсе. Маленькая, толстенькая, уже немолодая (думаю, она как раз была моей ровесницей в нынешнем моём возрасте…), она искренне сочувствовала нам на зачётах. Но нерадивым зачёт не ставила и приглашала пересдать. Тот, кому так везло, ликовал!
Слово «везло» я употребила без кавычек. Причина проста: преподавательница приглашала к себе домой. А это означало, что в старинной одесской квартире нас ожидали изысканно сервированный стол, тончайшие фарфоровые чашечки с великолепным чаем и кофе. Конфеты! Да такие, которые нам были, уж конечно, не по карману. И, как дополнение, чудесная общая беседа – о литературной Одессе, о новинках зарубежной литературы и классических произведениях… Обычно «пересдача» продолжалась часа два, так что мы начинали чувствовать себя не студентами начального курса, а молодыми литераторами. Уходили мы всегда с зачётом, хорошим настроением и радужными мыслями. Она вселяла в нас уверенность! Нечего и говорить, что пересдачи мы ожидали с нетерпением. Но попадали к ней только те, кто в самом деле что-то знал, просто был, в некотором роде, разгильдяй…



Елена Петровна Ковальчук
Отражение революционной действительности
во французской драматургии 1793-94 гг.
Из истории якобинской диктатуры: труды межвуз.науч. конференции

@темы: якобинцы, товарищам, полезные ссылки, персона, они и мы, литературная республика, история искусств, историография, историки, Советский Союз, Россия и Франция, Европа, Великая французская революция, 20 век

Vive Liberta

главная